…Совершенно не понятно, почему и на каком основании на первых порах своей деятельности богиня любви Афродита обожала тех древних греков, которые, что называется, невозмутимо путали кислое с пресным. Вполне, понятна любовь между юношей и девушкой, но не в какие ворота не лезет странные эротические отношения между женщинами, к примеру, на острове Лесбос.

Так же у Генриха Наумовича вызывало недоумение и категоричный протест против многочисленных мужских клубов, где они предавались извращённым страстям. Если проще сказать, они во время секса не имели ни малейшей надобности телесно сближаться с представительницами женского пола. Были, конечно, среди подобных людей физически и психические больные. Понятно. Но в основном такими… экспериментами занимались извращенцы. Тут уж можно просто закрыть глаза на стихийные совокупления юношей и девушек после вечеринок. Всё-таки, разнополые.

Кроме этого, Афродита смотрела сквозь пальцы на то, что люди вступают в сексуальные связи с животными, по сути, совершают над ними насилие. Ну, странная постановка вопроса.

А тут ещё разбалованный скульптор Пигмалион, обитающий на острове Кипр, скорей всего, даже представитель царской династии. В общем, как указывается в мифе, он создавал из подручного материала довольно симпатичных женщин, которые являлись произведениями искусства. Имеется предположение, что с каждой из Пигмалион вступал в половую связь. Впрочем, возможно, не со всеми или почти не вступал. Если факт такого безобразия не доказан, то не стоит оговаривать даже самого последнего негодяя.

В общем, эгоист и половой извращенец Пигмалион не обращал внимания даже на самых красивых и умных женщин. Более того, он даже их категорически не переваривал. Если бы имел возможность, то ежедневно убивал бы палкой или каким-нибудь древнегреческим кирпичом двух-трёх в обязательном порядке, и от этого получал бы эстетическое и моральное удовольствие. Художник ведь, а не хвост собачий.

Ему достаточно было для сексуального удовлетворения самого обычного куска глины. А иначе-то как? Ведь жил, как говорится, в гордом одиночестве.

Однажды в середине ночи, вероятно, после очередного трёхдневного запоя в гордом одиночестве на него нашло, как бы, великое творческое озарение. Под воздействием винных паров Пигмалиону удалось в короткие сроки вырезать, как ему казалось, из слоновой кости или обычного куска дерева очередную статую молодой обнажённой женщины. Короче, он в неё сходу влюбился. В его состоянии некоторые распущенные граждане поступили бы так же.

Во время белой горячки и в порыве неуёмной, но аномальной страсти он пытался овладеть ей насильно. Но поскольку физически к этому был не совсем готов, то начал предъявлять статуе необоснованные претензии. Активно возмущался таким обстоятельством, что скульптура, которую он назвал Галатеей, не отвечает на его вопросы и не задаёт ему своих.

Долго смотрела на такое безобразие со стороны богиня любви Афродита и решила появиться перед Пигмалионом. Увидев женщину, талантливый скульптор-извращенец, собрался ударить её кочергой. Но когда сообразил, что перед ним сама Афродита, упал на колени и начал уговаривать богиню, чтобы та оживила статую. Если великая Афродита положительно решит этот вопрос и срочно выполнит его заявку, то скульптор женится на Галатее прямо сейчас.

– Ты много пьёшь вина, Пигмалион, – сурово заметила Афродита, – но совершенно не закусываешь. Из ума выжил?

– Нет, не выжил. Я крепко и обстоятельно полюбил красавицу Галатею, – пояснил он, – которую только что вырезал из слоновой кости.

– Какая ещё там Галатея из… слоновой кости, недоумок? Ты сейчас обнимаешь обломок старой деревянной лестницы, которая сгнила ещё в позапрошлом году.

– Категорически возражаю! Я настоящий скульптор и художник! Я обнимаю конкретно Галатею! Я так вижу, так воспринимаю…

– Если ты явный представитель не совсем традиционного сексуального меньшинства, я готова пойти тебе навстречу.

– О! Афродита! Ты оживишь Галатею?

– Не собираюсь я оживлять какую-то деревяшку или даже… кость! Но я готова значительно расширить вот в этой двери замочную скважину и сотворить вокруг большого отверстия густой волосяной покров чёрного цвета. Всё будет натурально. Такой вариант, вполне, подходит для тех особей мужского пола, которые патологически ненавидят женщин.

Немного подумав и не выпуская из рук обломок лестницы, Пигмалион категорически отверг такой вариант. Ему он не пришёлся по душе. В общем, скульптор оказался в этом вопросе принципиальным.

Возмущённая и выведенная из терпения Афродита, гневно повела бровью и щёлкнула пальцами. На этот звук явились два крепких бородатых санитара.

– Что с ним делать? – поинтересовался у богини один из них. – Куда его?

– Доставьте алкаша в психиатрическую лечебницу, – распорядилась Афродита, – вместе с его деревяшкой! Пусть развлекается до конца дней своих!

– Как же так? – удивился второй санитар. – Вы же обожаете эротические эксперименты!

– Всё! Ставлю на них точку! – топнула ногой богиня. – Есть мужчины и женщины! Вот и пусть они любят и радуют друг друга… любыми способами. Всё остальное – дикость и моя технологическая ошибка. Я исправлюсь, господа. Обещаю!