Кивнув, альфа перебралась к своей соседке. Спустя всего-то минуту, все волчицы уже проснулись и готовились к бою. Лежа, сидя, с угрюмой решительностью на лицах. Лишь малышка все еще дремала — но ее будить не стали, чтобы муравьев своей активностью не переполошила.

Пока нападение не начиналось, но разведчицы потихоньку спускались по стволу дерева, поближе к нам. Чем ближе — тем лучше видно. Например, характерные антенны из головы. В любой другой момент я бы, может, подумал над причудами местной эволюции, но сейчас не до этого.

— Если двинемся — получится стряхнуть погоню? — спросил я альфу.

— Все равно оставят свою вонь, и по ней пойдут остальные, — тряхнула головой она. — Попытаться можно… Только мы-то привычные по лесу носиться ночью. Я боюсь за тебя. Раз мы сумели тебя загнать днем, то сейчас отстанешь наверняка, и до тебя доберутся.

— Перспектив больше, чем пытаться отбиваться, — решил я. — Готовимся. Мелочь понесу я — больше мотивации ногами перебирать.

— Если так приказываешь, вождь, — вздохнула альфа. — Сейчас всех предупрежу.

— Будешь впереди. Двигаемся к проходу через болота.

Не прошло и минуты, как мы были все готовы к рывку. Даже разбуженная мелочь не шумела, а с серьезной мордочкой и сжимая кулачки устроилась у меня на плечах. Я ее, ясен хрен, привязал сохранившимися тряпками, чтобы не свалилась. Центр массы она поднимала несильно, это еще в ходе дневного движения было проверено. А уж у остальных-то проблем вообще не возникнет.

Они и в темноте видят так-то получше меня. Кхм. Мне бы такое зрение пригодилось — но оно было утеряно вместе со всем снаряжением, так что остается уповать только на старое-доброе «Глазное яблоко Модель один».

А муравьишки спускались помаленьку. Готовые к броску, вот уж точно — наши шевеления заметили. Секунда за секундой, секунда за секундой, торопливая разминка расслабившихся было конечностей…

— Вперед!

И мы побежали. Всего-то парой мгновений спустя, за спинами послышались треск и недовольные, но возбужденные крики — это муравьи спрыгнули. Опоздали, ха!

Теперь же в голове не было место ничему, кроме бега. Кроме того, как переставлять ноги, вычленять из мельканий силуэтов остальных волчиц, деревья, кусты. Следить за землей. За дыханием. И еще раз следить за землей — для пущей надежности, потому что споткнуться было бы не слишком хорошо.

Спасибо лунному свету, видно было хоть что-то. Пусть сверху листва из-за ветра шевелилась, отбрасывая темные тени на слабый серебристый свет — это хоть что-то.

Ошеломительное дело, весь этот бег. Весь мир вокруг в него превратился, словно в жизни было только оно, и ничего более.

Сколько он продолжался — без понятия. Ныли ноги, руки, в горле и легких покалывать начинало. Но я все так же упорно следовал за спинами и хвостами, перебегая препятствия даже сбрасывая скорости и умудряясь не спотыкаться и не падать. Даже вес малышки для меня пропал — или, скорее, слился с телом и ощущался родным.

Хрен его знает, чего там за спиной творилось. Вроде, какие-то крики доносились, но они с успехом могли быть плодом моего воображения, подстегнутого непрерывными треском и хрустом под ногами, шумом крови в ушах и тяжелеющим дыханием.

В итоге — я споткнулся и рухнул. Вот так, просто взял в какой-то момент, и понял, что стремительно лечу на землю.

Приземлился. Вывернувшись не хуже кошки, чтобы не погрести под собой мелочь. Перекатился несколько раз, сжав веки и чувствуя, как мир вращается вокруг. Остановился.

Нож — в руках. Сам — на колене. Свободная рука — торопливо ищет рядом со мною мелочевку. И не находит.

Да вашу ж мать!

А ведь я настолько набегался, что за окружением не то, что не слежу — даже не воспринимаю его толком. Вроде и оглядываюсь, а все размыто и даже не осознаю, на что вообще гляжу.

Но, вроде, за мной никого. Нет никаких силуэтов с муравьиными жопками. Значит, надо найти свою пассажирку побыстрее, да продолжить путь!

Только вот где она?

— Эй! Ты где там? — негромко и хрипло сказал я. — Ты в порядке?

Есть ответ! Негромкий «тяфк!», слабый скулеж. Откуда — не понять. Не может быть слишком далеко, мы ведь вместе упали.

Двинулся на поиски, держа нож наготове. Сразу выяснилось, что довольно сложно что-то искать, когда все еще не отошел от бега, глаза продолжают выискивать ориентиры, на цель, и ноги недовольно гудят. Но — надо. И поскорее.

Ночной лес, где-то там преследователи, а я пытаюсь отыскать щенка-волчицу, девочку с ушками и хвостиком. На удивление, короткий укол общей сюрреалистичности происходящего прочистил мне мозги, и стало полегче — я разглядел след от собственного падения с последующим скольжением, так что дело оставалось за малым.