Выйдя из спальни в руках с котиком, который заметно потяжелел за время пребывания в доме, я неуверенно двинулась в сторону кухни. Но неизбежно ноги затормозили у лестницы, а глаза принялись жадно блуждать по дверям второго этажа. Ужасно хотелось подняться, хотя бы понять, в какой она комнате? Да только ноги дрожали от страха. Вдруг я услышу там что-то, что мне не понравится?..

– Эй, привет!

Я обернулась на голос Кати. Приблизившись, она мягко обняла меня за плечи, намеренно отводя от лестницы.

– Идем-ка завтракать, принцесса…

Разумеется, ни о какой еде я думать не могла, но подчинилась.

– Как она?! – нетерпеливо спросила я, едва мы зашли на кухню.

Однако работница не спешила делиться и лишь дружелюбно попросила:

– Успокойся и сядь, пожалуйста! Я все тебе расскажу, обещаю.

Она выглядела спокойной и это обнадеживало. Я послушно села за стол, не отрывая глаз от хозяйки кухни, которая принялась накрывать завтрак

– Вчера она почти не приходила в себя, – заговорила Катя между делом. – Лишь когда Евгений ее в ванную опустил, глаза открыла.

Я нахмурилась, а она поспешила добавить:

– Поверь, я бы не справилась без него! И ты не переживай, он вел себя достойно солдату. Даже не думал глазеть, а только помогал перемещать твою маму.

– Да нет, я… наоборот благодарна, – смущенно успокоила работницу.

– Ну, в общем, после ванны мы уложили ее в постель, и я осталась дежурить до утра. Точнее пока не пришел врач.

– Врач приходил?! – тут же всколыхнулась я.

Катя кивнула.

– Да. Он тщательно осмотрел твою маму, взял какие-то анализы и назначил лечение. Капельницы, лекарства. Но… Ты должна понимать, что это только начало, Диана.

Это прозвучало не очень оптимистично.

– То есть?

– Она сейчас как бы в наркотическом угаре, – попыталась объяснить подруга, опуская взгляд. – Но когда очнется, у нее начнется ломка. И переносить ее будет сложно.

Закрыв глаза, я тяжело выдохнула и положила голову на ладони.

– Я хочу ее увидеть…

– Не стоит, принцесса, тебе это видеть. Но я уверяю, она будет под круглосуточным присмотром! За ней приставили нескольких медсестер, и еще… врач постоянно будет на связи!

– Она должна знать, что я рядом! – воскликнула я, резко вскинув взгляд.

– И узнает! – не отступала Катя. – Как только придет в себя, обещаю!

Я недовольно отвернулась. Никак не могла понять и смириться с решением Власа. Но и пойти против него не могла, поэтому просто замолчала. Оставалось надеяться, что Катя сдержит все обещания. И будет передавать мне любую новость насчет мамы.

Этот день оказался морально очень тяжелым. Я крутилась возле лестницы под любым предлогом и с завистью наблюдала, как наверх поднимались то незнакомки в белой униформе, то Евгений. Видимо ему поручили лично смотреть за моей матерью. И мне бы радоваться, ведь ее доверили самому начальнику охраны! Но жутко бесило, что он в упор не замечал меня и мои провожающие взгляды. Будто я – пустое место. Будто совсем не понимал, как мне тяжело! Чурбан бесчувственный.

Но это еще не все. Я заметила, что охраны на территории дома стало значительно больше. Прямо как на военном полигоне… Меня даже к врачу не повезли. Он приехал сам на фургоне, в котором оказалась вся необходимая техника. Неужели теперь даже выезжать за территорию было опасно? Но Влас вед уверил, что нам с мамой ничего не угрожает! Так захотелось с ним связаться…

Вячеслав Анатольевич – мой гинеколог, провел осмотр, сделал УЗИ и практически повторил слова врача, который приезжал вчера. Нужно избегать стрессов, если я не хочу проблем с беременностью. Пока все в пределах нормы, но эти переживания могут отразиться на моих детях в будущем.

Легко сказать, блин, избегай стрессов… Как будто я их специально ищу!

После отъезда врача, внутри остался осадок. Я ушла в свою комнату, где провела весь день и вечер. И следующие два дня тоже – выходила только, чтобы поесть, покормить котика или подышать свежим воздухом. Других вариантов «избегать стресса» у меня просто не было. Я даже не могла позвонить Власу – он связывался со мной исключительно через Евгения, сказав, что сейчас так нужно.

Все наши непродолжительные разговоры проходили в присутствии начальника охраны, но я была рада и этой возможности. Жаль только ничего конкретного любимый о себе не говорил. Только обо мне все спрашивал и о малышах. Я не пыталась узнать, когда мы увидимся. Понимала, что, скорее всего, у Власа сейчас просто нет ответа или есть тот, который меня непременно расстроит. В общем, после каждого нашего общения в груди собиралась лютая тоска. Я безумно скучала по нему…

Это началось на третий день. Я проснулась утром от криков и громыхания над головой. Женских, истошных криков, которые казалось разносились по всему дому!

Покинув комнату, в чем есть, я поспешила на звуки. Первой застала Катю, которая с переполошенным видом стояла на лестнице. Ее лицо блестело от испарины, а голубые глаза испуганно расширились, когда увидели меня.

– Что происходит?! – настороженно воскликнула я. – Что с мамой?!

Она поспешила ко мне спуститься.

– Тихо-тихо… Диана, тебе лучше уйти!