Никита вернулся домой в первые дни весны. Стояла хорошая теплая погода. Снега в городе почти не осталось, только в самых глухих дворах и проулках еще продолжались работы по уборке грязной, ноздреватой, покрытой сажей субстанции, когда-то бывшей белоснежным покрывалом, радовавшим местных жителей. Солнце светило свежо и ярко, воодушевляя разнообразную птичью братию, оседлавшую ветки деревьев, заполонившую мостовые и площади.

Тамара встретила его с диким воплем индейца, прыгнув ему на шею еще на улице. Она только недавно приехала от родителей и не успела переодеться. Как была в джинсах и в шерстяном вязаном свитере – так и выскочила на крыльцо подобно вихрю, опередив стариков. Никита крепко обхватил свое самое главное сокровище в мире и на мгновение замер, ощущая мощную волну радости и любви.

– Как ты, солнышко? – спросил он ласково, нацеловавшись с Тамарой. – Соскучилась?

– Ты даже не представляешь! – пожаловалась девушка, как сторожевой пес, вцепившись в его локоть. – Если бы не занятия и курсовая – с ума сошла бы. А еще этот негодяй… Ревун. Представляешь, повадился ходить в нашу спальню. Я и дверь закрываю, он умудряется проникать внутрь. Упрямая скотинка…

– У него тоже Дар прорезался, – пошутил Никита. – Кот-телепортатор. О, день добрый, Марьяна! Тимофеич, наше вам!

Он приобнял старушку, незаметно скинув ей часть переполнявшей его энергии, подпитав «провисшую» ауру, крепко пожал руку старику. Суета, возникшая возле него, переместилась в дом. Тамара еще вчера знала, когда приедет муж, и распорядилась, чтобы Марьяна приготовила праздничный обед. Пока накрывали на стол, она успела переодеться в темно-голубое платье, соорудить на голове незамысловатую прическу и с довольным видом продемонстрировала себя Никите.

Стол накрыли в гостиной. Сели все вчетвером. Даже Ревун соизволил прийти. Он запрыгнул на высокую спинку дивана и оттуда смотрел за людьми своими умными желтыми глазами.

Сначала выпили за упокой Анатолия Архиповича, а потом Никита вкратце рассказал о встрече с Городецким и его женой и о том, как восприняли решение молодого хозяина директора предприятий о назначении генерального управляющего. О покушении на Полозова и себя он, конечно, не стал говорить ничего. В Петербурге вряд ли освещали подобное криминальное событие, да и то потому, что Никита лично поговорил с губернатором и попросил его не беспокоить великого князя Константина и не дать журналистам распространить слухи. Тамара с подозрением переспросила, на самом ли деле у него все в порядке. На подсознательном уровне она чувствовала какую-то недосказанность, но благоразумно не стала допытываться за столом об истинных причинах умалчивания.

– Твое решение поставить генеральным управляющим Коваленко – весьма неожиданное, – сказала Тамара, попивая вино. – Не удивляюсь, что многие восприняли его как обиду. Значит, не доверяет. Такую реакцию нетрудно было спрогнозировать. И с чего начал Станислав Евгеньевич?

К тому времени старики благоразумно удалились. Дед Андриан слегка осоловел после трех рюмок водки, и Марьяна увела его в комнату, чтобы тот отдохнул. Сама же обосновалась на кухне, откуда вскоре пошел вкусный запах пекущегося пирога.

– Первым делом мы проверили досье всех директоров, сидящих на логистических узлах. Полозов с ребятами проделали большую работу, причем так, что Золотарева не узнала. Гусаров со своими подчиненными не являются врагами, что вызвало у меня большое облегчение. Обычный карьерист этот Алексей Дмитриевич, не больше. Пытался всеми путями взять на себя ответственность из-за благих намерений. Но я как раз таких людей воспринимаю с опаской. Используя свое положение, начнет творить глупости во имя процветания корпораций. На должности управляющего должен стоять человек, не связанный условностями, кумовством и круговой порукой.

– Так все плохо в твоем королевстве? – улыбнулась Тамара, наклоняя голову, когда Никита потянулся к ней, чтобы поцеловать в шею.

– Наоборот. Все пышут энтузиазмом, стремясь доказать свою лояльность и нужность, – Никита вдохнул в себя запах знакомых духов, зарывшись носом в густую копну волос жены.

– А как ты нашел Коваленко?

– Старый знакомый деда, чуть ли не его поклонник, – усмехнулся волхв. – Они давно знали друг друга. Станислав Евгеньевич всегда поддерживал патриарха, содействовал в продвижении проектов. В процессе переговоров выяснилось, что когда-то его отец хотел принять вассалитет к нашему Роду, но дед отговорил его, имея на молодого Коваленко свои виды. Получилось все, как и планировалось. Поддержка на самом высоком уровне была обеспечена на долгие годы, когда пост председателя Казенной палаты оказался занят своим человеком. Это была последняя рекомендация деда, которую я выполнил. Поражаюсь, как он распланировал все на десять шагов вперед. Уверенный в себе человек…

– Да, Анатолий Архипович оказался дальновидным человеком, – задумчиво произнесла Тамара, млея от легких поцелуев. – Слушай, а он не пользовался временными порталами? Помнится, ты мне рассказывал, что патриарх вел какие-то изыскания по этому поводу, позволяющие пробивать барьер времени?

– Пустое, всего лишь гипотезы и теоретические наработки, – слишком легкомысленно отмахнулся Никита. – Я сам видел формулы, которые должны совместить энергию различных стихий, чтобы телепортироваться в прошлое или будущее. Дальше этого никаких сдвигов. Ресурсов не хватает и опытных телепортаторов.