Шрифт:
3. Колбасы
(КОЛУМБ начинает есть, когда как ЛЮСИНДА ослепительно ему улыбается. НИЩИЙ трется неподалеку, пытаясь украсть еду).
МАМА. Люсинда, пойди покорми свиней.
ЛЮСИНДА. Но я хочу посмотреть, как он ест, мама. Он так красиво ест.
МАМА. ИДИ!
ЛЮСИНДА. Да, мама. Увидимся позже, Кристофоро.
(Многозначительно улыбается КОЛУМБУ. МАМА крепко шлепает ее по заду, и она уходит).
КОЛУМБ. Вы не доверяете мне, так, Мама?
МАМА. Только идиотка доверилась бы такому, как ты.
КОЛУМБ. Вы боитесь, что я сделаю что-то естественное, по отношению к вашей дочери?
МАМА. Если ты хочешь и дальше отливать стоя, то не сделаешь.
КОЛУМБ (тайком кормит сидящего под столом НИЩЕГО, как собаку). Я вам скажу, Мама… Ах, до чего вкусная эта колбаса, м-м-м… Как вы можете быстро избавиться от меня и навсегда спасти вашу дочь от моих чар.
МАМА. Я могу сдать тебя властям и поинтересоваться, не положена ли награда за твою голову.
КОЛУМБ. Но вы этого не сделаете, потому что вы – хорошая женщина и я вам приглянулся. Вместо этого вы можете сказать мне, кто самый богатый владелец кораблей в этой части Португалии?
МАМА. Сеньор Родригеш, разумеется.
КОЛУМБ. А у сеньора Родригеша есть дочери? М-м-м, хлеб восхитительный.
МАМА. У сеньора Родригеша только сыновья. А что? Ты собираешься лишить девственности всех девушек Португалии, одну за другой?
КОЛУМБ. А кто второй по богатству владелец кораблей?
МАМА. Эусабью Педралеш.
КОЛУМБ. У него есть дочери?
МАМА. Четыре.
КОЛУМБ. Они замужем? Вино очень хорошее.
МАМА. Три замужем, одна – нет.
КОЛУМБ. А незамужняя – она красивая.
МАМА. Лицом похожа на лошадь. Из доброты не буду уточнять, с какого конца.
КОЛУМБ. А кто третий по богатству владелец кораблей?
МАМА. Был бы сеньор Перестреллу, да только он умер. Но у него одна дочь, незамужняя, шестнадцати лет, очень красивая. Правда, она в Лиссабоне, в доме ее дяди Мониша, который охраняет ее, как волк.
(Мы видим ФЕЛИПУ и ее КОРМИЛИЦУ, собирающихся идти в церковь, и МОНИША у правого трона).
КОЛУМБ. Дом в Лиссабоне, это хорошо, это очень хорошо. А скажите мне, дорогая Мама, когда сеньор Мониш и его красавица дочь находятся в Лиссабоне, в какую они ходят церковь?
МАМА. Ты очень коварный человек. Почему ты мне так нравишься?
(Она обнаруживает НИЩЕГО и дает ему пинка. Он вылезает из-под стола и уносит его. Она уносит табурет).
ТОРКВЕМАДА. Значит, он использует церковь, чтобы получить желаемое.
ХУАНА. Да, он очень верующий.
4. Церковь
(Звон колоколов, тени от цветных витражей через сцену. ТОРКВЕМАДА, ХУАНА и МАРИЯ в церкви, молятся, СТАРЫЙ МОРЯК спит. ФЕЛИПА прощается с МОНИШЕМ и входит в церковь, где КОЛУМБ изображает обморок, его шатает).
КОЛУМБ. О-о-о-о-о.
ФЕЛИПА. Кормилица, по-моему, этому человеку плохо.
КОРМИЛИЦА. Не смотри на него, дитя. Дамы не таращатся на мужчин в церкви.
ФЕЛИПА. А чего тогда мы сюда ходим?
КОРМИЛИЦА. Ш-ш-ш. Как тебе не стыдно.
ФЕЛИПА. Но ему плохо. Разве не наш христианский долг помочь ему? Сеньор, с вами все в порядке?
КОЛУМБ. Да, да. Ничего страшного. Пожалуйста, не тревожьтесь. О-о-о-о-о.
(Начинает заваливаться, но она обнимает его и удерживает от падения).
КОРМИЛИЦА. Фелипа, ты не должна прикасаться к этому человеку. Вы не представлены друг дружке. Люди смотрят. Здесь мы не обнимаем бедняков, это церковь.
ФЕЛИПА. Не говори глупостей, кормилица. Этому человеку требуется помощь.
КОЛУМБ. Не волнуйтесь обо мне. Я не болен, просто умираю от голода. Я – бедный итальянский моряк и не ел… Не знаю… Неделю, месяц, не могу вспомнить, но вы не волнуйтесь. Я полежу на полу, пока не надерусь сил, чтобы уползти в проулок и там с достоинством отойти в мир иной.
ФЕЛИПА. И не думайте, мы о вас позаботимся. Кормилица, пусть Пепе подгонит карету. Мы отвезем этого человека домой и покормим.
КОРМИЛИЦА. Это невозможно. Я запрещаю. Твой дядя нас убьет.