Ульяна помогала снимать видео для блога Давида. Парень давненько вёл страничку, куда выкладывал своё творчество и, надо сказать, набрал уже несколько тысяч подписчиков, чему был дико рад.

Они были у Давида в комнате. Ульяна пыталась уговорить парня поснимать видео на улице, но тот поленился тащить все свои работы, поэтому было принято решение снимать дома. К тому же, не так давно парень купил кольцевую лампу, чтобы не позориться с «подвальным» светом.

Калинина нервничала, потому что дома они были не одни. Резко пришла мама Давида. Семья Исаевых владела сетью продуктовых магазинов в городе и постоянно пропадала на работе.

Но сегодня Ольга Станиславовна вернулась раньше, сославшись на головную боль. Это была полная женщина с короткой стрижкой гарсон, отражающей её статус и целеустремлённость. Ольга двигалась размеренно, с каждым шагом демонстрируя уверенность в себе. Её одежда всегда подчёркивала элегантность и стиль.

Ольга тщательно выбирала слова, искала в людях выгоду, а ещё оценивала окружающих по положению и кошельку. Редко улыбалась, если только при необходимости, при этом обнажая свои жемчужные ровные зубы и слегка прищуривая голубые глаза. Мама Давида легко выходила из себя и частенько конфликтовала с сыном из-за совершенно разных взглядов на мир.

Ульяна побаивалась эту женщину, отчасти потому, что знала о её отношении к ней. В семье Исаевых любили Улю только два существа – сам Давид и кот Пётр, который вопреки своему характеру был благосклонен к ней. Чистоплотный, с густой пышной белой шерстью и зелёными глазами он обладал грациозной походкой, двигаясь с неподражаемой изящностью и спокойствием. Когда Калинина впервые зашла к Исаевым, кот деловито осмотрел её, задумчиво понюхал, а потом устроился на её коленях. Так и завязалась между ними дружба.

– Ты избранная! – смеялся Давид. – Он обычно всех избегает, а к тебе, вон, сразу пошёл.

Ульяна лишь пожимала плечами. Она и сама давно мечтала о кошке, но боялась брать на себя ответственность. Ей хватало мальчишек.

– Может мне ещё мою расписную футболку надеть? – предложил парень, позируя на камеру.

– Давай, будет эффектнее смотреться. Может, заказы на футболки пойдут.

Парень поднял большой палец вверх и стал переодеваться. Ульяна украдкой бросила взгляд на его рельефный торс. Хоть он и не особо любил спорт, и частенько его выбор падал в пользу рисования, а не зала, но всё же старался поддерживать себя в хорошей форме.

– О, доставка приехала! Пойду заберу, – сказал Давид, поправляя на себе футболку.

Ульяна кивнула, выключила камеру на своём телефоне и кольцевую лампу, а затем села на кожаное компьютерное кресло, увешанное одеждой Давида, и задумчиво уставилась на плакат с героями сериала «Очень странные дела». Исаев обожал его и с нетерпением ждал продолжения. Девушка откинулась на спинку и оглядела комнату. Как же она любила здесь находиться. Всё-таки парню повезло иметь личную комнату, она действительно была особенной – воплощением его внутреннего мира. Стены украшены бесчисленной коллекцией постеров музыкальных групп, сериалов и фильмов, вперемешку с работами Давида. Рабочий стол завален художественными принадлежностями, из-за которых едва видно компьютер.

У стены расположился стеллаж с эскизами, зарисовками, папками, небольшими скульптурами из гипса и прочими нужными для творчества вещами. На одной из полочек лежал пухлый чехол с профессиональным фотоаппаратом, благодаря которому Давид мог многое себе позволить. Всё-таки здорово, что люди любят делать памятные снимки важных жизненных событий!

Кровать в комнате была двуспальная, потому что парень обожал пространство и спал «звёздочкой». На ней расположились мягкие подушки и разноцветное покрывало. Периодически парень оставлял на покрывале наушники, планшет или ноутбук, пока работал или искал новые образы. А свои наряды и сценические костюмы Давид хранил в распашном шкафу, туда же каким-то чудом помещался и мольберт, который сейчас ребята вытащили для съёмок.

Вопреки всему хаосу, в комнате было уютно и светло. Белые обои с принтом из аккуратных серых ромбиков, светильники с тёплым светом и увитая гирляндой гардина. Всё это добавляло творческому пространству особый шарм.

Ульяна подошла к стеллажу, взяла одну из папок и стала рассматривать работы парня. Сколько же здесь было всего! Наброски карандашом и углём, акварельные эскизы, натюрморты, написанные гуашью, пейзажи родного городка, её портреты и знакомые лица друзей. Ульяна улыбалась, всматриваясь в каждую деталь, и не переставала мысленно хвалить парня.

Вскоре вернулся Давид с пакетами. Ребята быстро всё распаковали, разместились на кровати и принялись уплетать роллы, запивая соком.

– Хорошо, что мы живём в век доставок, – довольно протянул Исаев, облокотившись на спинку кровати.

Ульяна хихикнула. Она редко что-либо заказывала, зная, что бабушка будет против такой еды, да и денег было не особо много, а вот с Давидом они регулярно раз в месяц устраивали такие посиделки, называя их Днём дружбы.

– Ну а почему бы не отметить? Мы столько лет с тобой дружим, надо же отдавать дань уважения! – твердил Давид каждый раз. Ульяна лишь смеялась в ответ.