— Мы поздравляем нашу Раечку, — поднял за неё бокал с вином Дан, — с её днём рождения, желаем ей долголетия, счастья и здоровья.

— Ура!!! Ура!!! Ура!!! — прокричали хором он с родителями и Семёном Макаровичем.

— Право же, не стоило, — заявила молодая женщина. — Я не заслуживаю такого внимания к себе. Вовсе не заслуживаю, поверьте мне.

— Нет, — при этих её словах сразу же нахмурился Дан. — Ты заслуживаешь всего этого. По — другому и быть не может. Так что, я вовсе не желаю слушать всей этой чепухи. Надеюсь, ты поняла меня? Ты достойна всего только самого лучшего. Скромность украшает человека, но не до такой же степени. Так что, чтобы я больше не слышал твоих уничижительных речей в адрес себя. Договорились?

— Чем они так не нравятся тебе?

— Ты, будто, вонзаешь мне в сердце острый нож и ворочаешь там им без стыда и совести. Я слишком сильно люблю тебя, чтобы выслушивать от тебя всякие гадости в твой адрес. Прекращай говорить такое о себе, особенно при мне.

— Идёт. Я больше ни одного плохого слова не скажу о себе.

В качестве ответа грузчик широко заулыбался.

«Какой ты всё — таки красивый!!! — внезапно подумалось молодой женщине. — Особенно, когда улыбаешься».

Выпили ещё по два бокала. Затем были танцы. В них приняли участие все, кроме Семёна Макаровича.

— Не с моей старостью танцевать, — заявил он. — Всё — таки мне уже семьдесят лет. Да и здесь нет подходящей для меня пары. Моя внучка и Астра Харитоновна для меня слишком молоды. У вас есть свои мужья. Вот и танцуйте вместе с ними. К тому же, у меня больные ноги. Не с ними мне пускаться в пляс.

Все согласились с ним, хотя внутренне огорчились, что старик не пойдёт танцевать с ними. Все танцы он сидел себе тихонечко в углу и изредка украдкой вытирал слёзы, когда думал, что его никто не видит из — за тоски по ушедшей от него насовсем молодости.

Молодой человек скорбно смотрел на деда.

«Вы думаете, Семён Макарович» думал он, " что я ничего не вижу. Да всё я замечаю прекрасно: совсем не слепой. Будь бы мои силы, я давно вернул бы вам не только ушедшую молодость, но и всех ваших близких вместе с родными, которых вы так безвозвратно давно потеряли. Но увы, что я могу? Я такой же простой смертный, как и все остальные. Даже, если бы я отдал всю свою жизнь, к сожалению, всё это вернуть вам не в силах".

Однако всё когда — нибудь заканчивается, поэтому грусть тоже у них обоих прошла. День рождения Раи благополучно завершился.

Они с Даном подарили друг другу прямо — таки умопомрачительную ночь любви. Они остались ей очень даже довольны.

Вскоре они и Семён Макарович перебрались жить в Житомир. Хоть родители молодого человека огорчились от такого их решения, но пришли к выводу, что все они правы и там им будет лучше. В Житомире гораздо больше перспектив, а в Яблоневке им впрямь нечего делать.

Все местные кумушки и сплетницы очень расстроились оттого, что продавщица больше не будет лечить их разные болячки и теперь особо не о ком будет собрать очередные сплетни. Молодые Сосновские давали им богатую пищу для их любимых пересудов.

После отъезда молодых их жизни без этого стали гораздо более скучными.

Фирма «Раиса» поначалу не приносила им особой прибыли, но по мере раскрутки стала приносить всё больший доход.

Летом бизнесмен, молодая женщина и Семён Макарович все дружно поехали на море. Квартирная хозяйка, у которой они жили всё удивлялась тому, что зачем молодая семья взяла с собой ещё и деда, однако вслух не высказывала такие мысли.

«Странно, они вполне могли бы обойтись и без него» думала она. «По моему, они только недавно поженились. Зачем им этот старый дед? Неужели им не хочется побыть вдвоём без кого бы — то ни было вдобавок? Странные какие — то люди. Я их абсолютно не понимаю».

Однако Раю и Дана абсолютно не интересовало её мнение и её семьи, которые тоже удивлялись данному факту. Они побыли у них две недели и отбыли домой.

В мае она внезапно потеряла сознание прямо на работе. Выяснилось, что продавщица ждёт ребёнка от Дана. Оба были очень счастливы от такого факта.

Семён Макарович тоже порадовался такому положению вещей. Он был очень горд понянчится с правнуком или правнучкой. Ему было абсолютно всё равно кто родится, лишь бы был здоровеньким.

— Рая, — сказал Дан, — давай ты теперь будешь сидеть дома, пока сначала не родишь, а потом ребёнок не подрастёт. У тебя очень нервная работа в твоём магазине. Так что, ты, пожалуйста, не подумай, что хочу запереть тебя дома, но я как- нибудь сумею прокормить всех нас.

— У тебя тоже нервная работа, — улыбнулась Рая ему.

— Я знаю. Но я не женщина, поэтому выкидыш мне не грозит. Раз ты беременна, то придётся отложить твою учёбу на определённый срок, пока хотя бы ребёнок не подрастёт. Всё потому, что трудно справляться и с тем, и с другим сразу. Ты, надеюсь, не огорчена?

— Ой, нет, — махнула она рукой. — Мне всё равно уже двадцать семь. Пора рожать хоть одного ребёнка. Потом это будет сделать всё труднее и сложнее из за возраста.

— Не огорчаешься, что у тебя ребёнок не от Руслана? Я бы вырастил его как своего собственного.