Сама роспись прошла спокойно. Дело дошло до семейного застолья.

Тосты звучали за тостами. У всех было замечательное настроение.

— Ты меня уважаешь? — спросил один мужчина у второго.

— Нет.

— Почему?

— Потому, что до сегодняшнего дня я совсем не знал тебя. Сегодня вижу в первый раз. Уважение зарабатывается годами. С чего я должен испытывать его к тебе?

— Тогда я заставлю тебя уважать себя! — выкрикнул первый и схватился за нож.

Он был к тому времени изрядно пьян. Нож, который он использовал в качестве оружия валялся себе спокойно на столе.

— Кто — нибудь, утихомирьте их! — выкрикнул кто — то.

— Никто не подойдёт ко мне, иначе я применю нож, — заявил изрядно пьяный буян.

Женщины испуганно завизжали. Домохозяйка промолчала. Сейчас сработало её самообладание.

— Брось нож, — спокойно сказал пьянице Дан, вставая из — за стола.

— А если не брошу? — стал тот издеваться. — Что будет тогда?

— Увидишь.

Его тон по — прежнему оставался спокойным.

— Тогда ты зарежь меня этим самым ножом? Давай — давай. Попробуй. Подойди поближе. Ты никак не сможешь справиться со мной, поскольку безоружен. Ты слаб, мужик. Лучше уйди, пока ещё можешь ходить.

Молодой мужчина всё — таки рискнул ударить хулигана.

— Ах ты, тварь! — завопил тот. — Уничтожу! Зарежу! Порежу на части!

Лезвие его ножа остановилось в нескольких сантиметрах от его сердца.

Лицо пьяницы совершенно исказилось от гнева, так что теперь его было не узнать. На него было страшно взглянуть из — за этого.

Молодая женщина рискнула посмотреть обидчику бизнесмена прямо в глаза. Она применила свой гипноз так, как не видела другого выхода.

К счастью, в этот раз он подействовал. Пьяница выронил нож. Здесь Дан ещё раз нанёс ему удар рукой. Обидчик взвыл от боли.

— Извините, — пробормотал он. — Мне уже не так важно знать кто меня тут уважает, а кто нет. Что — то я совсем переборщил сегодня.

Он рухнул под стол и громко захрапел с раскатистыми переливами. Раздался громкий хохот почти всех присутствующих. Они остались довольны, что событие, грозившее окончиться трагедией, переросло в настоящую комедию.

Дан только сейчас понял, что он во второй раз в своей жизни был на волосок от смерти, как тогда почти год назад на реке. До него одного дошло, что Рая вновь спасла ему жизнь.

Его совсем не смущало, что он не смог один справиться с хулиганом. У того был нож. Куда мужчине было тягаться с ним, раз у того в руках было это страшное оружие?

Не обижало его то, что женщина якобы нанесла ему страшный удар по его самолюбию, хотя знал, что на свете нашлись бы такие мужчины, которые обижались на своих жён и орали на них за то, что не дали справиться самостоятельно.

Бизнесмен совсем не был идиотом. Он совершенно ясно понимал, что не будь рядом домохозяйки, его могло больше не быть на свете. Ещё чуть — чуть и конец.

Но больше всего его радовал тот факт, что он спасён ей уже вторично, так что нельзя сказать, что он совсем безразличен ей.

Раз Рая пошла на это, то она любит Дана. Возможно, даже сильнее, чем сама осознаёт. Его сердце наполнилось ликованием.

«Ура!!!» подумал он. "Какое счастье!!! Мне так повезло!!! Наконец — то!!! Не может быть!!! Прямо самому не верится!!!

— Пошли отсюда, Рая, — заявил он ей.

Она была бледна. Настолько бледна, что он даже испугался.

— Что с тобой? Где болит? Что именно?

— Душа, — едва смогла вымолвить домохозяйка. — Душа болит.

Она горько заплакала. Слёзы горькими жемчужинами стекали по её лицу.

— Ну — ну, — прижал мужчина её к себе. — Не плачь. Успокойся. Я здесь с тобой. Я никуда никогда не уйду от тебя. Я так счастлив оттого, что ты вторично спасла мне жизнь. Ты сделала мне и моим родителям такой подарок. Ты даже не представляешь себе насколько бесценный.

Молодая женщина всё плакала и плакала, не прекращая. Бизнесмену стало страшно, что сейчас у неё случится выкидыш.

— Да прекрати ты уже рыдать, наконец, умница ты моя.

Он поцеловал её в самые губы. Только тогда она успокоилась.

— Дан, я просто как представила себе, что тебя могут убить у меня так заболела душа!!! Я не знаю, как тогда жила бы без тебя!!!

— Как — нибудь жила бы. Тогда бы у тебя остался наш ребёнок. Он дал бы тебе силы жить.

— Я знаю, но без тебя это будет совсем другая жизнь. Более никчёмная и пустая. Я умоляю тебя, больше никогда так не делай. Не старайся показать мне, что ты герой. Я это и так знаю. Не сироти нас с ребёночком, пожалуйста.