— Нам нужно вернуться в прошлое и найти мою мать, Мэри Уиллоус.

Ну вот, я произнесла это вслух.

— Ненавижу повторяться, — говорит Эмили и снова подходит ко мне. — Мы уже говорили об этом, не так ли? Мы не сможем спасти твою мать из огня, даже если бы могли.

— Может, нам и не нужно. Может, достаточно, если я поговорю с ней минутку. Возможно, она подскажет решение проблемы!

Мой голос становится громче с каждым предложением, и я не знаю, почему я так злюсь.

— Это слишком рискованно!

Эмили делает ударение на каждом слове. Она не отступит — так же, как и я.

— А сидеть, ничего не делать и ждать удара Элизабет — не рискованно?! — кричу я в ответ.

— Эй-ей, успокойтесь, — вмешивается Джейкоб, но мы обе смотрим на него с таким выражением, что он замолкает.

— Мы найдём другое решение, — говорит Эмили, качая головой, будто

моя идея абсолютно нелепа.

— Сколько ещё мы будем притворяться? Другого решения может и не быть, а у нас мало времени. Посмотри на нас!

Джереми поднимает голову, но я указываю лишь на нас с Корвусом; он и так выглядит достаточно удрученным.

— Знаешь, Эмили, возможно, Абигейл права, — негромко произносит Корвус.

Она раздраженно наклоняет голову набок и смотрит на него взглядом, который говорит: «Серьезно?», затем сжимает виски и качает головой.

— Дело не только в вас, разве вы не понимаете? Изменение прошлого может иметь ужасные последствия. Для всего человечества.

— К чёрту человечество! Почему я должна быть менее важной, чем другие? Что «человечество» когда-либо сделало для меня?

Это было последней каплей, и я взрываюсь.

Почему я должна за всё отдуваться? Почему все камни должны лететь именно в меня, а у меня даже нет шанса пригнуться?

Пусть теперь другие всё расхлёбывают!

— Ты ведешь себя неразумно, — обвиняет меня Эмили, но мне всё равно.

Я устала быть хорошей и правильной, позволяя другим одерживать надо мной верх. Когда-нибудь мне надоест вся эта хрень!

— Не могли бы вы, дамы, успокоиться, пожалуйста? Вы обе ведете себя как маленькие дети!

Корвус тоже повысил голос.

Моё сердце колотится. Я больше не позволю собой помыкать! Я вся покрылась испариной. Я сыта по горло, просто сыта по горло!

— Нет! Вы выслушаете меня…

Мой голос прерывается, а сердце болезненно вздрагивает. Я не могу сделать вдох. Что происходит?

— Абигейл?! — Корвус подхватывается и бежит ко мне.

Я хватаюсь за грудь, но ничего не помогает. Я отчаянно пытаюсь глотнуть воздуха.

— Черт возьми, помогите мне! — в панике кричит Корвус, его глаза тут же наполняются слезами, а мое сердце разрывается при виде этого зрелища. — Только не сейчас! Не снова! Нет!

Я выгибаюсь дугой в его объятиях. Моя кровь кипит, а зрение затуманивается.

— Это трансформация! Она убивает тебя!

Я слышу искажённый голос Эмили.

Трансформация? Почему я? В конце концов, этого просто не может быть; я была человеком-вороном всего несколько часов.

Моё тело сопротивляется, отказываясь трансформироваться.

Это убивает меня. Я знаю, что Эмили права.

* * *

— Абигейл?

Меня будят чьи-то сдавленные рыдания, и я тотчас открываю глаза.

И вот я снова лежу на кровати в особняке Корвуса. Когда я встречаюсь с ним взглядом, он вымученно улыбается.

Корвус сидит на покрывале, склонившись надо мной.

— Мы должны перестать так встречаться, Корвус, — усмехаюсь я, хотя мне не до шуток.

— Не смешно, Аби. Не смешно…

Но он все равно смеется и качает головой со слезами на глазах.

— Я думал, что потерял тебя. Сколько раз ты еще собираешься меня так мучить?

Я сглатываю комок в горле. Во рту пересохло, как в пустыне, а под веки словно насыпали песка.

— Прости, — тихо бормочу я. Ведь я тоже не понимаю, как себя вести.

— Эмили согласна, — он кинул взгляд в окно, где уже вовсю светило яркое солнце.

— Правда? И почему она передумала?

— Ты была в коме около двух дней. Джереми за это время ни разу не трансформировался. Что-то пошло не так, и она поняла, что у нас мало времени.

Он говорит «у нас», имея ввиду и себя. Похоже, так оно и есть. Его лицо с каждым днем выглядит всё менее человеческим, и я боюсь даже представить, сколько времени у него осталось.