— Это неправильно, - сказал он, погладив девушку по голове. – Давай-ка лучше я тебя.

– Хорошо, - согласилась Эванс. – Но не увлекайся. Хорошо?

– Я дал слово! – напомнил Олег. – Только то, что хочешь ты сама!

После этого, не отпуская Эванс, он поднялся из кресла и отнес девушку на кровать, где снова приник к ее губам. На этот раз она была более активна, и он позволили ее язычку скользнуть сначала под свою верхнюю губу, а затем и под нижнюю. Впрочем, она быстро выдохлась, и пока переводила дыхание, он стал целовать ее скулы, подбородок и шею, спустившись вскоре к верхней пуговичке ее блузки. Процесс раздевания женщины – это одно из самых увлекательных занятий для настоящего мужчины. Олег ликовал, Эванс позволила ему снять с нее блузку, полюбоваться полной грудью, едва сдерживаемой кружевным бюстгальтером, а затем снять и его. Игра с ее совершенной грудью надолго заняла важным и интересным делом его пальцы, ладони, губы и язык, и, что не странно, он довел-таки девушку до того, что она никак не отреагировала на то, что он избавил ее от туфель и юбки. Впрочем, похоже, она предполагала такое развитие событий, потому что на Эванс действительно был надет весьма эротичный пояс для чулок и крошечные почти ничего не скрывающие трусики из тонкого шелка. Снять их она ему не позволила, - во всяком случае, пока, - но тонкая ткань позволяла ласкать ее вагину пальцами, как если бы между ними не было никакой преграды. Цветок раскрылся довольно быстро, и пальцы Олега практически сразу нашли крошечный бугорок клитора. И тут выяснилось, что Эванс по-настоящему горячая штучка. От нескромных ласк Олега она «взлетела» так высоко и так быстро, что он не успел даже понять, как это произошло, и кончила так бурно, что, если бы не заглушающие чары, она разбудила бы своими криками весь Хогвартс.

Это было здорово, но, как говорится, есть нюанс. Ее оргазм был сокрушительным и, в принципе, невероятным в столь юном возрасте и практически без «предыстории», но сам Олег ни на дюйм не приблизился к разрядке. Напротив, от нахлынувшего возбуждения член встал, едва не разорвав, к ебене матери, и трусы, и брюки.

«Надо идти в душ!» - понял он и, поцеловав в ушко пребывающую в состоянии блаженства Эванс, шепнул ей:

– Отдохни! Я скоро вернусь…

– Не надо! – остановила она его. – Я читала… В смысле, я знаю… Ложись на спину. Сейчас моя очередь.

Это было неожиданно, поскольку это было что-то, чего он от Лили никак не ожидал, да и не мог, если честно. Но он забыл про синдром отличницы. Эванс выучила матчасть, оттого на ней было именно это белье, а не другое, и, похоже, она знала, что испытывает сейчас Олег, и чем она может ему помочь. Лили никогда не была эгоисткой, тем более в таком вопросе, как любовь, а он был сейчас более, чем уверен, что Эванс втрескалась в него по уши. Отсюда и ее готовность «идти на жертвы».

В общем, он лег на спину и отдался на волю волн. Волны были приятны, а девушка нежна и любопытна. Она растерялась лишь на мгновение, когда воочию увидела его вставший в стойку член и смогла оценить его размеры. Ну, что тут скажешь! Олег знал, что Эбур Кворг тот еще монстр, и член у него был под стать росту и ширине плеч. Так что растерянность Эванс была вполне понятна. Это ведь вопрос вопросов для любой неопытной девушки, знающей, что и как делается во время секса, только теоретически: куда это поместится? Олег, разумеется, знал, что поместится практически в любое из трех имеющихся у женщины отверстий. Проблемы могли возникнуть только с анусом, но об этом сейчас речь не шла, да и Эванс была не настолько испорчена, чтобы о таком думать. Так что примеривалась она…

«А к чему, собственно, она примеривается?» - задумался было Олег, помнивший, что вагинального секса сегодня не будет.

Ответ на свой вопрос он получил буквально через пару минут, когда неумело, но с немалым энтузиазмом Эванс взялась за исполнение его мечты, пустив в дело свои нежные пальчики и мягкие, чуть влажные губы. Рот ей конечно пришлось открыть довольно широко, но ничего экстремального, как и с глубиной погружения. Неглубоко, но оттого не менее приятно. Ощущения были просто феерическими, но девушке пришлось потрудиться, чтобы довести его до оргазма. Зато, когда он кончил, она едва не захлебнулась его семенем, но, к его удивлению, быстро справилась с проблемой и, подскочив с кровати, метнулась за шампанским, чтобы, значит, запить первый в своей жизни минет. А, оставшийся на кровати, Олег залюбовался видом сзади, а потом и спереди, возбудившись по новой от одного лишь вида колышущихся при движении грудей.

– Чувствую себя извращенкой, - расстроено заявила Эванс, оторвавшись от бутылки, и следующие полчаса Олегу пришлось ее успокаивать и объясняться ей в вечной любви, пока она ему не поверила и не разрешила снять с нее трусики, чтобы куннилингус получился более чувственным. Ясное дело, что этого слова она не знала, но про сам процесс, оказывается, читала…

В общем, они хорошо порезвились, во что он потом долго не мог поверить, но по факту, она испытала один простой и два множественных оргазма, но и он кончил еще один раз, правда, на этот раз не в рот, а между ее выдающихся грудей…

***

На Рождественских каникулах они с Мод съездили во Францию. Хотелось вернуть к жизни родовое гнездо графов д’Э. Замок был покинут более шестисот лет назад. Однако, являясь не только обычной магловской крепостью, но и магическим манором, замок Кротоль д’Э не разрушился, как это случилось с его отражением в мире маглов, а «ушел в тень» и «заснул». Олег считал, что попытка не пытка, - и значит, пробовать стоит, в любом случае, - но разбудить заснувший шесть веков назад манор будет непросто, если возможно, вообще. Ритуал очень сложный и энергозатратный, к тому же провести его, судя по расчетам, сможет только Гилберт Сегрейв, потому что, даже являясь представителем младшей ветви рода он оказался носителем сильной крови. И, хотя они с Мод ничего между собой обычно не делили, приняв, как данность, что кроме них самих у них никого в этом мире нет, после долгого и бурного обсуждения Мод настояла на том, что хозяином манора должен быть именно Олег. Однако тут имелась одна не слишком приятная тонкость. Если замок примет Олега, а он, в свою очередь, примет сеньорат, то титул графов д’Э перейдет к нему, как к старшему мужчине в роду. Не то, чтобы это было так важно в практической плоскости, но все-таки до сих пор графиней д’Э считалась Мод. Олегу такая «смена караула» совсем не нравилось, но он понимал, что другого выхода нет. Не примет титул, не сможет разбудить замок. А там, в замке Кротоль д’Э, возможно, осталась старая родовая библиотека или хотя бы ее часть. Древние книги, ценность которых сложно определить, но дело не только в них. По мемориям, оставленным графами в своих дневниках и журналах, выходило, что в замке находится одна из лучших в магической Европе зельеварен. Зелья, разумеется, давно уже высохли, а что не высохло, то испортилось. Однако должно было сохраниться уникальное оборудование, созданное в незапамятные времена магами-артефакторами, среди которых были не только христиане, но также иудеи и мориски, мусульмане Аль-Андалуса, принявшие христианство после реконкисты. Если это так, то игра стоит свеч, потому что таких зельеварен в мире осталось совсем немного. Но и кроме этого, в покинутом родовом гнезде графов д’Э предположительно должно было сохраниться много всякого, что может пригодиться в новые времена. Так что, в любом случае, стоило попробовать, даже если, в конце концов, окажется, что искать в развалинах нечего.

До места добрались не без сложностей, в основном, пользуясь магловским транспортом, поскольку и бывшее средневековое графство, и окружающие его обширные территории были давным-давно покинуты магами и магическими существами. Но оно и к лучшему, подготовку к ритуалу, - а это два дня кропотливого труда, - и сам ритуал никто из магов вовремя не заметил, а потом стало поздно. Замок «открылся» и начал просыпаться, медленно выходя из тени на свет, но в тот момент, когда был «сделан первый шаг», сразу же ожили охранные и защитные чары, наложенные владетелями сеньории еще в седой древности, и чужим обнаружить манор графов д’Э стало невозможно.

– У нас получилось, - констатировала Мод, вытирая с лица пот и рассматривая полуразрушенный, но все еще грозный замок.

– Если честно, у меня были сомнения, - признался Олег, не видевший смысла скрывать от кузины правду. – Очень уж много всего они тут навертели. Когда распутывал последний узел, думал у самого пупок развяжется.

Что ж, так все и обстояло, но они сюда пришли не одной лишь корысти ради, - хотя были не прочь поживиться чем-нибудь стоящим, - и старались они не только для себя. Семестр, проведенный ими в Хогвартсе, со всей очевидностью показал, что противостояние консерваторов и прогрессистов перешло на новый уровень. Лидер «правых экстремистов» лорд Волан-де-Морт создал боевое крыло своего движения, названное не без претензии «Вальпургиевы рыцари». У Дамблдора, в его лагере Света, тоже что-то такое вызревало. Во всяком случае, на Гриффиндоре ходили упорные слухи о некоем «Ордене Феникса», и значит, мир магической Великобритании стремительно скатывался к вооруженному противостоянию, то есть, попросту говоря, к гражданской войне. И расклад сил был явно не на стороне добра и справедливости. Годы, прошедшие после падения Грин-де-Вальда, привели к тому, что многое из арсенала боевых магов, окрашенное в отчетливо темные тона, было из лучших соображений запрещено. Другое, - спасибо проповедям Дамблдора о наступлении эры добра и любви, - отброшено за ненадобностью и просто-напросто забыто. А вот старые чистокровные семьи от своего наследия не отказались, однако знания свои, учитывая веяния времени, не афишировали. И не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы увидеть нелицеприятную правду. Когда и, если начнется война, «силам света» нечего будет противопоставить «силам тьмы». Им будет мешать их идеология и воспитание, со всеми этими христианскими ценностями, типа «не убий», «не укради» и «не возжелай». Но даже, если, понеся чудовищные потери, некоторые из них в конце концов прозреют, они найдут пустые арсеналы. Им нечем будет убить врага. Поэтому, собственно, Олег и Мод и полезли в замок д’Э. Они искали сильные «аргументы» против Волан-де-Морта и его вальпургиев рыцарей, и надеялись найти в древнем и давно заброшенном замке какое-нибудь особенно гадкое наследие прежних жестоких времен. Что-нибудь такое, что будет похуже непростительных, но при этом не значится в списке запрещенных, поскольку о нем забыли раньше, чем начали делить магию на светлую и темную. А у них обоих в роду случались очень сильные чернокнижники, но это, и в правду, было давно и, возможно, неправда.