И почему-то снова стало стыдно, что я его щупала, как потертую мягкую игрушку, как копилку, из которой пыталась достать монетки.

Вдох-выдох, нервная дрожь не унималась. Ярким золотым пламенем горели в памяти запомненные руны.

– Спасибо! – шепнула я молчаливой статуе от души и почти выронила телефон, когда достала его из кармана.

Набрала Алана, дождалась ответа после пятого гудка. Долго. Видно, партнер был сильно занят.

– Да, Анна, слушаю…

А голос такой, будто идущий через три ретранслятора.

– Ал, скажи мне, ты ведь читал… Сколько всего рун активации было для Писания Саммасона, помнишь?

Пауза, завывание воздушных потоков на фоне.

– Помню, должен помнить… Слушай, в какой-то книге точно об этом было. А почему ты спрашиваешь? Что-то нашла?

– Ты ответь сначала.

Тишина. Мне казалось, я слышу, как натужно работает чужая память.

– Да, вспомнил. Их было пять. И все-таки?

– Оракул только что показал мне две из них! Порядок не знаю, правда…

– Две?! Оракул?! За какое место ты его пощекотала?

– Долго объяснять… Но две у нас уже есть.

– Ничего себе, удивила, слушай, я сейчас грохнусь…

– В смысле, грохнешься?

Он стоит на земле? Летит?

– Тебе включить «вещание»?

– Да, давай, включай.

(Jordan Critz – Escape)

Алан летел.

Наверное, в этот самый момент он и Аланом-то не был. Облаком, стремительным потоком, чем-то другим, отличным от привычной телесной формы. И без понятия, как в таком режиме работал его телефон. Вероятно, телефон был растворен тоже, и лишь какое-то заклятье передавало мне мысли напарника напрямую на мой сотовый. Ничего себе! Мы, конечно, давно работали вместе, но удивлять друг друга не переставали.

– Сколько до земли?

– Не знаю. Метров сто пятьдесят, двести…

– Почему в такой форме?

– Да потому что я решил слетать до ранчо Роба. Мне нужен был слепок ауры девушки. Как еще отследить ее энергию? Пробрался через открытую форточку, взял, теперь ищу совпадения…

Он однозначно передавал свои мысли на динамик сотового. И это прямо в полете.

– Слушай, – предложила я Алану, – подключи меня к своему зрению. Так будет проще.

– Ага.

И в трубке раздались короткие гудки.

Нет, я не стала «им», но я стала «с ним». Еще одной парой его глаз, и теперь все, что видел Ал, разворачивалось и перед моим взором. Мы летели над крышами, над кронами, дорогами, машинами. Все осталось далеко внизу, и я ощущала, как много сложных процессов ведет одновременно Ал: отслеживает «следы», сканирует прохожих, сканирует время… Ведь девушка ходила по улицам не сегодня.

– Давай я помогу…

Вопрос был риторическим. Буст я дала прямо Алану в мозг, в мышцы, в энергетический бак, ведь теперь он «вез» нас двоих. И ощутила, насколько легче и быстрее начал протекать скан.

– Слушай, это я должен на тебе жениться, блин, не Вэйгард! Ты же просто находка! И чего ты на меня никак не западаешь?

Мне было смешно.

Я сидела в кресле и одновременно летела над городом, приклеенная к брюху невидимой птицы.

– Ты слишком красив для меня.

– Ага, а он прям уродлив… Так и скажи, что любишь брюнетов. Хотя, я б и волосы мог перекрасить, не хочется только с Райдо на дуэль…

Мда, с Райдо на дуэль не стоило выходить никому, да и Алану я в качестве жены не подходила, сложно сказать, почему, но мы оба это знали. А вот дружба между нами была идеальной.

Напарник, пока болтал, не забывал внимательно осматривать дома, дороги, остановки. Я ощущала, что он при желании мог бы увидеть слои земли под асфальтом – какое интересное умение. Слепки других людей с искомым он сравнивал не глазами, но посредством некоего скрытого процесса, мне почти незаметного.

– Здесь её не было, здесь она не ходила тоже… Слушай, насчет оракула…

– Давай про него потом, там долго.

– Нет, ну надо же… Вот ты хитрюга!

– Не думаю, что я раскрыла его секрет. Все вышло случайно, повторить, возможно, не смогу.

– В любом случае тебя полезно с ним наедине оставлять.

Изображение кренилось, когда мы заворачивали то влево, то вправо. Ал, как сокол, планировал плавно – мой внутренний радар ощущал крылья, которых не существовало. Больницы, жилые дома, офисы… Одна улица, другая, третья. Так можно летать полдня. Я как раз подумала о том, чтобы добавить Алану еще энергии для ускорения процесса, когда раздался его голос:

– Смотри, а вот тут она была…

Он завис над квадратным большим по площади серым зданием в форме буквы «П», к которому сновали, похожие на муравьев люди.