Таким образом, дружище, сам видишь, что генерал Данор умел мыслить масштабно, да и, честно говоря, он вполне обоснованно считал себя профессионалом, в отличие от выскочки Магдара. Последнего генерал люто ненавидел. Ненавидел прежде всего за то, что этому выродку (которого и человеком то назвать нельзя) совершенно незаслуженно достались маршальский жезл и звезда.

Но был один момент, которого генерал не знал. Несмотря на искреннее к нему уважение со стороны Стеллы, роль в этой компании генералу отводилась второстепенная. Конечно же, сам Данор мнил именно себя пупом земли, исходя из чего и строил грандиозные планы. Впрочем, ты сам всё видел. Но… Главная роль в этой компании отводилась именно Магдару. Поскольку именно Магдар должен был впоследствии возглавить покорённых марранов. Именно поэтому генерал Данор должен был лишь отвлечь на себя внимание Урфина. Ну, а маршалу надлежало реабилитироваться за все поражения и сыграть главную скрипку в предстоящем кровавом концерте.

В Изумрудном Дворце тряслись стены и дребезжали оконные стёкла. Как ты уже видимо догадался, там под лютый матерный аккомпанемент проходило экстренное совещание штаба ОАСМ.

— Смелый, блядь, Лев? Смелый?! Каким местом он смелый?! Эту ссыклявую кошку надо кастрировать нахер! — грохотал Чарли Блек.

— Дядюшка, у Льва наверняка были свои доводы, и надо их выслушать, — заступилась за царя зверей Элли.

— Деточка, зачем мне слушать его оправдания?! Он просрал битву! Просрал! Просрал тупо и бездарно! Бобры всё видели, и их командир, полковник Большие Резцы, благодаря птицам госпожи Кагги-Карр, — Блек кивнул упомянутой им вороне, от чего последняя гордо задрала голову, - передал подробнейшие сообщения о произошедшем сражении.

— Мистер Блек, но можно ли доверять мнению бобров — они же ничего не видят в темноте? — фельдмаршал Дин Гиор, хоть и разделял мнение Одноногого, однако решил играть в объективность, дабы не вызывать раздражения со стороны Убивающей Феи, которая явно была настроена защищать Льва любой ценой.

— Во-первых — основные события развивались, когда уже светало. Ну, а во-вторых — острый слух и обоняние никогда не подводят этих умных животных.

— А почему же бобры не вступили в битву и не помогли медведям и обезьянам? — изволили полюбопытствовать Страшила Мудрый.

— Ваше Величество, — в голосе морпеха сквозило практически неприкрытое презрение, — инженерно-сапёрный полк полковника Большие Резцы — это не ударная часть. Бобры относятся к частям обеспечения. И тут надо сказать, что как раз свою боевую задачу инженеры выполнили блестяще. Таким образом, и сам полковник Большие Резцы, и его подчинённые достойны самых наивысших похвал.

— Да, я тоже считаю, что полковник Большие Резцы большой молодец, — Элли состроила глазки всем присутствующим.

— Я считаю, что нам необходимо передать Смелому Льву наш приказ о немедленном наступлении, — Страшила при этих словах принял величественную позу.

— Легко сказать… Нет, я конечно же не против, однако, сперва необходимо прояснить обстановку. Да и к тому же, и Красная Пасть*, и Большой Злодей**, и Ловкая Рука***, и Шерстяной Ураган**** - все они в один голос называют вашего льва ссыкуном, говноедом, самкой и предателем. Ну и естественно, вожаки отказываются подчиняться такому командиру, — Чарли Блек вновь грязно выматерился.

— Дядюшка, а какова лояльность кошачьих к Смелому Льву? Какое твоё мнение? — спросила Элли.

— Сложно сказать, дитя моё… Данных у нас нет. Хотя… Я бы предположил, что эта поганая порода как раз таки ему лояльна. Подлые повадки совершенно общие.

— Гав-гав! Жалка, што у нас нет сабакаф! Сабаки — смелые, преданные, никагда ни придают! Сабаки лучши всех! Гав-гав! — от перевозбуждения Тотошка даже встал на задние лапки и смешно махал передними, вызывая умиление у всех присутствующих.

Игриво взмахнув подолом коротенького платьица, Элли присела на корточки и почесала Тотошку за ушком, от чего последний часто-часто затряс хвостиком.

— Тотошенька умненький, — приговаривала Убивающая Фея, лаская пёсика.

— Господа, а как так получилось, что они практически без боя захватили рогатный полк? — вновь изволили вопрошать их соломенное величество.

— Как, как… Жопой об косяк! Ваш Лев не только ссыкло, но и тупой осёл! Тот самый осёл, что командует армией львов! Да, его армия — действительно львы! Львы — по духу, силе и храбрости! А этот ваш… Просто тупой осёл! — основательно проматерившись, Чарли Блек продолжил, — даже самому последнему идиоту, даже вороне (Кагги-Карр при этих словах аж подбросило) понятно, что быков надо было бросать в атаку в самом начале сражения! В самом, сука, начале!!! Они бы опрокинули боевые порядки дуболомов, и тогда можно было отправлять всех остальных — развивать успех! В том числе и кошачьих, которые бы отвлекали внимание дуболомов и сбивали их с ног, а медведи и обезьяны завершили бы разгром противника! А в итоге, что мы имеем? Это ваш… Увёл кошачьих из боя и бросил в атаку одних медведей и обезьян, тем самым обрекая их на гибель. А после того, как сражение было проиграно, этот осёл умудрился отправить на убой рогатых… А вот дуболомы заметно поумнели! Эти ребята быстренько нарубили кольев в ближайшей роще, и замастырили из них рогатки. А затем загнали стадо на выгодный им участок и окружили его рогатками — прижав к реке.

— И что же было с быками дальше? — спросил Дин Гиор.

— Фельдмаршал, спросите об этом у госпожи Кагги-карр, — одноногий моряк вновь грязно выматерился.

— Господа, но мне нечего сказать, — начала мазаться ворона, — мои птицы не могут прроррваться к перрепрраве и её окррестностям. Там всё кишмя кишит злыми птицами, которрые крружат там и днём и ночью.

— Нет ни связи с районом переправы, ни данных разведки! — встрял Одноногий, — ну, правда, есть у нас кое-какие наработки… В общем, леди и джентльмены, полк бобров спустился на пару миль вниз по течению и забазировался в районе старых хаток. И оттуда полковник Большие Резцы засылает разведчиков наблюдать за переправой и побережьем. До старых хаток птицы из ведомства госпожи Кагги-Карр пока ещё добираются, так что какая-то связь всё же есть. Однако, свежие данные мы сможем получить, скорее всего, только утром, поскольку бобры нихрена в темноте не видят. И то, только в том случае, если всякая урфиновская летающая сволочь не перекроет линии воздушных коммуникаций.