Схватив за верёвку, связывающую девушке руки, поддел остриём ножа затянувшийся узел и стянул с неё путы. То же самое проделал и с ножной распоркой.

— Я же сразу говорила, что не буду ничего делать против тебя, — едва ощутив свободу, Миллиган, уселась и принялась растирать затёкшие конечности.

— Конечно, ничего не сделаешь, я не позволю, — покачал я Ублюдком в руке. — А теперь приступай к работе!

— Что? — удивилась Мия, а после повернулась в ту сторону, где стояла платформа-тележка на колёсах с резиновыми покрышками.

— Настало время отрабатывать пищу и кров на моём Аллоде, — я кивнул на лежащих почти у самого входа чурбаки. — Грузи на тележку.

— Но я…

— Труд облагораживает, благородная, — я усмехнулся и сел на грубо сколоченный табурет.

Не знаю, специально так было сделано или просто совпало, но весь Аллод производил впечатление чего-то средневекового, с редким вкраплением современности.

Впрочем, наверное, мой аллод с хибарой и слепленными из говна и палок строениями и пещерами, так и вовсе смотрелся каким-то дикарским…

— Хорошо, я сделаю это, — прикусив губу, Мия принялась толкать тележку к горе чурбаков.

— Эй, Блаженная, не надо мне одолжение делать, — качнул я головой. — Грузить лицом ко мне, так, чтобы я видел твою скуксившуюся мордашку и руки. Ты вообще, как выжила с таким гонором? Явно же ничего тяжелее чл… золотой ложки в руках не держала.

— Я не такая! — девушка явно расслышала мою оговорку и даже секунду размышляла, не запустить ли мне деревяшкой в голову. Впрочем, не стала, опустив чурбан на тележку. — У моего рода на момент прихода Системы было имение на Сент-Мэрисе. Это маленький островок с небольшим количеством населения…

— Ты продолжай, продолжай… И работать, и рассказывать, — подтолкнул я замершую девушку, на которую нахлынули воспоминания.

— Первые годы были спокойны. Заражённых мало, монстры ещё не заматерели. Для меня, для тринадцатилетней, жизнь вообще не поменялась. Разве что окружающие люди стали куда более нервные, да и домой, в Лондон, нельзя было вернуться…

Моллиган, словно робот, продолжала закидывать чурбаны на тележку, продолжая пересказывать историю своей жизни. В какой-то мере лёгкой, а в какой-то и не очень…

Система действительно в первые годы не сильно напрягала. Нет, мир стремительно рушился, но в какой-то степени люди сами в этом были виноваты.

Вместо того чтобы объединиться, люди продолжали грызню между собой, постепенно отступая в анклавы под натиском заражённых. Ну а после и настоящие монстры подтянулись…

— … к седьмому году поместье превратилось в настоящую крепость. Вот только оборонять её было почти некому, — продолжала девушка. — Вся моя семья: мама, папа, братья с сёстрами — погибла один за другим. Слуг тоже становилось с каждым годом всё меньше, хотя мы и старались приютить всех жителей острова у себя. Даже организовывали вылазки на большую землю за припасами и людьми, пока летающие и плавающие твари не отрезали нас окончательно.

Мия вновь замолчала, взяв в руки деревяшку, а спустя мгновение запустила её. Правда, не в меня, а в стену.

— Я бы, на твоём месте, так больше не делал, — произнёс я, успев за секунду сменить позицию и направить дуло Ублюдка на голову Моллиган.

— Извини… те… Последние дни были особенно тяжкими. Погибли все, стараясь спасти последнюю наследницу рода. Опустевший дом, по тёмным коридорам которого бродят монстры, а я в подвале одна, рядом с умершей бабушкой, моей последней опорой в том безумном мире… — глаза у девушки заблестели, а по щекам потекли слёзы.

Я поднял брошенную Мией деревяшку и кинул её на почти заполненную тележку, после чего уселся обратно на табурет.

— И когда уже твари ломились ко мне в дверь, пришло то самое сообщение, о Демиургах и Наёмниках, — лицо Миллиган на мгновение дрогнуло, а боль воспоминаний сменилась вспышкой гнева. — И я выбрала стать демиургом, чтобы создать новый мир, где не будет боли и страдания, как в прошлом, погибшем.

— Ага… А потом тебе повстречался Ярвинен, добрый парень, который подсказал, где искать «виновника» всех приключившихся с тобой бед, — покачал я головой, прикидывая насколько должны быть прокачена удача у Блаженной, чтобы умудриться выжить там, а после ещё и здесь более-менее удачно развиваться…

Так-то я знавал людей и зомби бывших куда покруче, которые и месяца не протянули с приходом Системы.

— Ладно, хватит гипнотизировать эту кучу. Иди сюда! — приказал я, когда древесины на тележке оказалось достаточно.

Девушка смахнула с лица слёзы, однако беспрекословно подчинилась. Так что я без проблем вновь связал ей руки за спиной, после чего соорудил простейшую упряжь, конец которой привязал к переду тележки. Сам же взялся сзади за ручки.

— Давай, Блаженная, двигай. Настало время искупать грехи и приносить пользу обществу гоблинов, людей и четвероногих…