Когда обеих женщин приковали к специальным кольцам в разных углах зала, инструктор, проводивший занятия, оглядел обеих долгим, удивленным взглядом и, покачав головой, проворчал:

– Ну, и с чего вы вдруг сцепились?

Женщины промолчали. Одна упорно смотрела в пол, вторая, дерзко посмотрев инструктору в глаза, отвернулась.

– И как это понимать? – насторожился инструктор.

В ответ все то же молчание.

– Похоже, мне придется применить кардинальные меры, – вздохнул инструктор, и охранники снова взялись за таззеры.

Сидевшая с опущенной головой женщина вздрогнула и попыталась сжаться в комок. Вторая напряглась, словно перед прыжком. Отметив про себя эту разницу в поведении, инструктор жестом остановил охранников и, вздохнув, спросил еще раз:

– Так все-таки, что все это значит?

– Она не нравится мне, а я ей, – угрюмо буркнула дерзкая девица. – Что тут непонятного?

– И по этому поводу вы решили убить друг друга? – иронично выгнул бровь инструктор. – В таком случае вынужден вас огорчить, дамы. Не на моих занятиях. Еще одна подобная выходка, и я из вас обеих отбивную сделаю. Без выяснения, кто прав, а кто виноват. Пущу кровь обеим.

– А здоровья хватит? – неожиданно подала голос женщина, сидевшая с опущенным взглядом.

– Хочешь проверить? – спросил инструктор, стремительно развернувшись к ней.

Она промолчала.

– Отстегните их, – приказал инструктор и, дождавшись выполнения команды, добавил: – Что бы ни случилось, не вмешивайтесь. Это приказ. Девочкам нужно преподать урок, и они его получат.

Сняв пояс с таззером и выйдя на середину зала, он сделал приглашающий жест рукой, насмешливо глядя на обеих женщин. Настороженно переглянувшись, обе драчуньи осторожно приблизились к нему, пытаясь на ходу обдумать сразу два дела. Как не получить удар в спину от соседки и не очень сильно схлопотать от инструктора. Уклониться от схватки не получится. Это было понятно с первого взгляда. Охранники старались держаться так, чтобы иметь возможность в любой момент подстегнуть особо нерешительного противника.

Инструктор, стоя посреди зала, чуть улыбался, глядя в никуда. Его рассеянный взгляд не фокусировался ни на чем, но при этом он легко замечал любое движение женщин. Каждый раз, как одна из них пыталась сократить дистанцию, он смещался в сторону, сохраняя расстояние между ними, и снова замирал, продолжая улыбаться. Наконец, не выдержав, мрачная девица завопила так, словно ее режут, и бросилась в атаку.

Короткий шаг в сторону, блокировка ударной руки, разворот на пятке и атакующая с размаху врезалась в свою подельницу, снеся ее с ног. Кое-как разобравшись в конечностях и утвердившись на ногах, женщины мрачно переглянулись и, не сговариваясь, кинулись в атаку. Сверкнув глазами, инструктор перекатом ушел в сторону, успев на выходе извернуться и зацепить ногой ноги ближайшей противницы. В итоге обе снова оказались на полу.

Это безобразие длилось минут семь, когда, наконец, инструктору надоело, и он принялся выбивать из них дерьмо, едва ли не в буквальном смысле слова. Он швырял их из угла в угол, сталкивал лбами, вышибал дыхание короткими, резкими ударами в живот. Под конец одним красивым ударом ноги снеся обеих на пол, он остановился и, уперев кулаки в бедра, насмешливо спросил:

– Ну, хватит, или продолжим?

– Большой подвиг, с двумя бабами справиться, – буркнула мрачная, сплевывая кровь.

– Дура, – презрительно фыркнул инструктор. – А ты что скажешь? – повернулся он ко второй женщине.

– Ничего, – со стоном ответила она, держась за ребра.

– Главного вы так и не поняли, – вздохнул инструктор. – Вам дали шанс стать напарниками. Но вы пошли не по пути ума, а по пути эмоций. Рожа не понравилась, значит, я ее ненавижу. А подумать? Религия не позволяет?

– А если она мне действительно не нравится? – с вызовом спросила мрачная.

– Чем? – резко спросил инструктор.

– Знаю я таких, чистеньких и гордых. В сторону простых смертных им даже плюнуть противно. А сами просто дорогие шлюхи, – с ненавистью ответила та.

– Значит, знаешь? – с непонятной интонацией уточнил инструктор. – Ну, а ты с чего взъелась на нее?

– Увидела, что она готова мне в глотку вцепиться, и отреагировала, – подумав, пожала плечами дерзкая. – Я на таких в тюрьмах насмотрелась. Весь мир в их проблемах виноват, а сами с дури не слезали. Даже детей в наркотическом тумане рожают.

– Ты? В тюрьмах? – растерянно переспросила мрачная.

– Три ходки. Рецидив. Особо опасна, – коротко огласила дерзкая пункты своего досье.

– Теперь понимаешь, что ты выставила себя полной дурой? – повернулся к ней инструктор.

– Угу, – мотнула она головой и тут же скривилась, схватившись за челюсть.

– Вам несколько месяцев подряд вбивали на подсознание знания о различных видах рукопашного боя. А вы, вместо того чтобы хоть как-то воспользоваться этими знаниями, устроили кабацкую свалку. Точнее, попытались устроить.

– Так вы нам даже поговорить не дали, – попыталась возразить дерзкая.

– Далеко не всегда у вас будет возможность договориться о своих действиях. Вполне может сложиться так, что на принятие решения у вас будет только пара секунд, чтобы переглянуться, – спокойно, словно читая лекцию, ответил инструктор. – Сейчас вы отправитесь в медицинский отсек, где вам заштопают ваши синяки. А завтра мы повторим наш эксперимент. У вас будет время подумать. Посмотрим, до чего вы додумаетесь.