— Как вкусно пахнет!

— Ты встала как раз вовремя. В духовке пекутся шикарные сандвичи с сыром. Я сделала и на твою долю.

— Спасибо.

— Давай быстро в душ, и будем завтракать.

Вскоре они уже сидели за столом под клетчатой скатертью и весело болтали.

— Хозяйка живет в Варне, — рассказывала Цепа, прихлебывая ароматный кофе. — Здесь появляется редко. Представляешь, как повезло человеку. Жила себе тихо-мирно, перебивалась с хлеба на квас, а тут вдруг приняли закон о реституции. Ну, то есть о возврате собственности прежним владельцам, — пояснила она, заметив, что Виолетта удивленно приподняла брови.

— И твоей семье тоже так повезло?

— У моих никогда ничего не было, а жаль. Но ничего, подзаработаю здесь деньжат, отдам отцу. Он бензоколонку купит. Тогда и заживем. А ты откуда приехала? Выговор у тебя необычный.

— Из России.

— Ух ты! Здорово! А болгарский там выучила?

— Угу.

— И что ты здесь будешь делать?

Виолетта решила до поры до времени не очень откровенничать с ней.

— Понимаешь, я сюда приехала попрактиковаться в языке, а заодно порисовать на новом месте. Я на художника учусь. Так вот, вчера меня обокрали. Почти все деньги пропали и паспорт. Представляешь себе, положеньице. Одна знакомая мне посоветовала приехать сюда. Говорит, где еще на дорогу заработаешь, как не здесь.

— Это точно. А что ты умеешь делать?

— Только рисовать, больше ничего.

— Это не так-то просто. Здесь художники за место по тридцать тысяч левов за сезон выкладывают.

Виолетта помрачнела.

— У меня и десятой части-то нет.

— Ладно, не вешай нос, что-нибудь придумаем. Надо переговорить с ребятами из ресторана и с пляжа, авось найдем для тебя занятие. Собирайся, пойдем на пляж, я тебя кое с кем познакомлю.

Они уже запирали калитку, как вдруг услышали истошный крик:

— Цеца! Подожди!

К ним со всех ног бежала полная женщина в фартуке. Цеца скорчила смешную гримаску.

— Что там у них стряслось? Неужели вызовут в дневную смену? Да я скончаюсь просто.

Женщина поравнялась с ними.

— Как хорошо, что я тебя застала! — задыхаясь, проговорила она. — Звонил Владимир из Варны и просил тебе передать, чтобы ты в три часа зашла на белую виллу. Туда приезжает кто-то.

Цеца издала торжествующий вопль и сделала изящный пируэт на одной ножке.

— Вот здорово! А я уж думала, он так ее и не сдаст. Дима, с меня причитается.

Виолетта, ничего не понимая, смотрела на них. Цеца поспешила ей все объяснить:

— Грядет дополнительный заработок. Буду подрабатывать горничной на белой вилле. Шикарное место. Интересно, кто ее снял. Должно быть, какие-нибудь крутые богачи. Если Владимир не очень их ободрал, хватит и на мою долю.

Дима поправила на себе фартук:

— Ну ладно, я пошла. А то хватятся еще. С подружкой, что, так и не познакомишь?

— Ой, извини! Виолетта — мол новая соседка. Художница, между прочим, из России.

Виолетта уже успела пожалеть, что рассказала ей о себе. До захода солнца все побережье уже будет знать, кто она и откуда.

— Вот оно как — Дима с любопытством оглядела Виолетту. — То-то я смотрю на наших не похожа.

— Я студентка. Приехала сюда на этюды. Только вы уж особо не распространяйтесь об этом. Мне излишнее внимание ни к чему.

— Тут ты права, — с готовностью согласилась Дима. — Но внимания тебе все равно не избежать, такой красотке. Все, я побежала. Заходи к нам в «Людо», я тебе персональное блюдо изготовлю.

Она поспешила обратно. Цеца посмотрела на часы:

— Так, сейчас двенадцать. Времени в обрез. Надо еще успеть привести себя в порядок. Пойдем скорее, я тебя познакомлю с ребятами. Они уже второй год работают здесь спасателями на пляже, знают все ходы и выходы. Может быть, посоветуют что-нибудь.

* * *

Солнце припекало вовсю. Деревья, кусты — все замерло, словно боясь лишний раз шевельнуться, В тени на обочине бессильно распластался огромный пес. Язык безжизненно свисал красной тряпочкой. Ему тоже было жарко. Отдыхающие потянулись с пляжа, стремясь спастись от немилосердных солнечных лучей.

— Ну и денек сегодня, — сказала Цеца. — Пекло, да и только. Ты извини, что я сказала про тебя Диме. Как-то не сообразила. Но ты не волнуйся, она не из болтливых.

Море ослепительно сверкало на солнце и еле-еле плескаюсь о песчаный берег. Народу было немного. Девушки подошли к будке спасателей. В шезлонге под зонтиком мирно дремал высокий мужчина, надвинув на глаза соломенную шляпу.

— Интересно, кого он так спасет, этот соня, — шепнула Виолетта на ухо Цеце.

Та озорно ей подмигнула и заорала прямо в ухо спящего: