На секунду подельники подвисли, переваривая ход событий. Потом синхронно двинулись к Джонсону.

Чертовы инстинкты сработали и тут. В голове Дага звенела пустота, с момента начала схватки ни единой мысли не посетило мозг. Но это совсем не мешало двигаться и действовать.

Он немного присел, расправив плечи. Правая рука сама собой совершила плавный взмах, пальцы сложились в заковыристую фигуру. Губы вытянулись трубочкой, легкие сжались, язык завибрировал, придавая выходящему воздуху специфические полутона.

Как и что получилось — Джонсон понятия не имел. Попроси повторить или хотя бы объяснить — не выйдет. Бессознательное, инстинктивное движение, не осознаваемое разумом.

Нападавшие мгновенно замерли, а потом, странно скукожившись, попятились. На лицах бандитов проступил явственный ужас. Да такой, что впору в штаны наложить.

— Валите отсюда, пока можете ходить! — Даг ткнул пальцем в арочный проем, — Еще раз тут увижу — убью!

Последнюю часть фразы пришлось прокричать в спину улепетывающим «рэкетирам». Неслись они так, что только пятки сверкали. Да еще разбег взяли с места, как настоящие спринтеры.

Только теперь Джонсон немного расслабился. Накатила внезапная усталость, да и суетливые мысли «догнали» слишком самостоятельное тело.

А как это? Я что, так могу? А что если? И что теперь? А куда дальше?

Количество вопросов, родившихся в единицу времени, зашкалило. Даг встряхнулся, стараясь выбросить из головы все лишнее. Выжил, не сдох, и других оборонил — уже хорошо. Справимся и дальше.

Он как раз собрался повернуться к девушке, чтобы как-то объясниться, да не успел. В затылке взорвалась сверхновая, сознание разом рухнуло во тьму. Джонсон дернулся и отключился с идиотской улыбочкой на губах.

***

Приходил в себя он долго, рывками, с трудом. Разум как будто не очень-то стремился возвращаться из мира грез в суровую реальность.

Даг лежал на чем-то жестком. Тело затекло, спина ныла. Джонсон потянулся, стараясь принять позу поудобнее. Голова взорвалась болью, тьма опять едва не накрыла целиком.

Приоткрыв глаза, он увидел нечто серое. А рядом — мешанину из темных и светлых полос. Опять зажмурился, не делая резких движений.

Привидится же такое! Другой мир, аскеры, бандиты… Бред, конечно, но как все логично! Надо бы рассказать кому, а то и записать.

Джонсон напрягся, и ему удалось наконец открыть глаза целиком. Сфокусировал взгляд. Понимание ушло, сменившись некоторым разочарованием.

Не привиделось! Все по настоящему. Серое — грязный задымленный потолок, светлые и темные полосы — металлическая решетка. Жесткое под спиной — деревянный лежак.

Сдержано ругнувшись, Даг медленно перевалился в сидячее положение. Голова отозвалась болью, сознание на любое движение реагировало с неприятием. В глазах помутилось, но Джонсон мужественно переждал приступ слабости. Наконец, боль слегка утихла, а вместе с этим стало возможно хоть как-то существовать.

Он аккуратно тронул затылок. Крови нет, зато огромная шишка в наличии.

Кто это его так? Ответ пришел сам собой — Жанна. Больше-то некому. Ловко она. Когда только успела? Пока Даг разбирался с бандитами, достала из-под прилавка… дубинку? … ну, может и дубинку… незаметно выбралась, да и приложила защитничка. Так, на всякий пожарный. В профилактических целях.

Очень осторожно Даг покрутил головой. Шея работала, череп вроде цел. Боль осталась, но стала управляемой что ли. Во всяком случае ее можно игнорировать. Отстраниться и постараться хоть немного подумать.

Итак, что это, к лешему, было?

Допустим, первого он уложил с помощью самбо и такой-то матери. Повезло, звезды так сошлись. Фактор неожиданности, опять же. С натяжкой, но можно объяснить. А дальше-то что? Как удалось избавиться от тех двоих?

Он что, колдовал? Что-то там руками намутил, слово нужное сказал — и два мужика от страха чуть в штаны не наложили. Так бывает? Нет. Но факты говорят обратное.

Факты вообще вещь неумолимая. Если уж Джонсон и привык чему-то доверять, так это фактам. Как бы ты не был в чем-то уверен, суровая реальность всегда может переубедить.

А факты именно таковы: что-то такое Даг замутил, непонятное. Магия это или как еще назвать — он не знал. Как не знал и того, как такое повторить. Даже приблизительно в голове соединить рисунок не получалось. Не говоря уже о том, чтобы воспроизвести.

Еще с минуту Джонсон сидел, на все лады проигрывая произошедшее в голове. С одной стороны картинка четкая: раз, два — и результат. С другой — ничего не ясно. Как ему удалось? Что именно он сделал? Инстинкты сработали, но в мозгах знаний не прибавилось.