Она ненавидит тебя, — насмехался Призрачный Голос. — Она всегда тебя ненавидела и будет ненавидеть, и, вероятно, она умрёт здесь…

Офелия протянула руку к одной из дубовых полок и постучала по ней. Один, два, три раза.

Призрачный Голос исчез.

Леон почесал затылок:

— Эм, я, пожалуй, вернусь в свою комнату и немного отдохну. Сегодня был долгий день. Оставлю вас продолжить разговор…

— Нет, — отрезала Офелия. — Наш разговор закончен. Я не знаю, насколько вы с Женевьевой были близки, но это не делает нас союзниками. Если бы ты был умён, ты бы вообще не заводил союзов. Это только приведёт к разбитым сердцам.

Люси не посмотрела Офелии в глаза, когда засунула книгу обратно на полку и поспешила следом за Леоном, не говоря ни слова. Леон положил руку на её спину, пытаясь утешить, и кинул на Офелию выразительный взгляд перед тем, как они скрылись за дверью.

Глупцы.

Наконец оставшись одна, Офелия снова принялась рыться на полках, но теперь она последовала совету Блэквелла и стала искать глубже. Используя подвижную лестницу, оставленную с западной стороны комнаты, она поднялась, чтобы обыскать самые верхние полки. Тяжёлые книги с глухим стуком падали на пол, поднимая облака пыли. Хотя такое обращение с книгами можно было счесть святотатством, времени, чтобы аккуратно складывать их стопками, у неё не было.

Как только полки опустели, она начала водить руками по деревянным панелям, нащупывая что-то необычное: переключатели, неровные доски, кнопки, петли. В библиотеке поместья Гримм было немало скрытых отсеков, и она с Женевьевой часто устраивали себе игру — кто найдёт больше. Она была уверена, что множество потайных мест ещё не обнаружено.

Спустя почти час, она наконец почувствовала это. Две полки левее камина, третья с верху. Небольшой углублённый квадрат, примерно дюйм в ширину, с чем-то упругим внутри. Кнопка. Офелия собиралась надавить на неё, но внезапно температура в комнате упала градусов на пять.

— Ну, ну, — пророкотал за её спиной низкий голос. — Посмотри, что я нашёл.

Офелия замерла, когда Джаспер проявился внизу. К счастью, его зловещее третье око было закрыто, но его пронзительный взгляд оказался не менее неприятным, когда он оценил её нынешнее положение.

— Решила немного поменять обстановку? — ухмыльнулся он. — Нужна помощь?

Она быстро отдёрнула руку от скрытого механизма и бросила на него испепеляющий взгляд.

— Оставь меня в покое.

— А если нет? — поддразнил он. — Ты позовёшь Блэквелла? Пожалуйста, сделай это. Мне будет весело его разозлить.

Офелия сглотнула.

— Вы друзья?

— У дьяволов нет друзей, дорогуша. Не в том смысле, что у смертных.

— Но ты, похоже, хорошо его знаешь, — заметила она.

Он скрестил руки.

— Когда проводишь в одном месте столько времени с одними и теми же существами, со временем начинаешь находить тех, кто раздражает меньше остальных.

— Значит, другие призраки здесь тебя больше раздражают? — пробормотала она себе под нос.

Джаспер рассмеялся.

— У тебя острый язык. Я понимаю, почему он к тебе привязался.

— Он не привязался ко мне, — усмехнулась Офелия. — Он использует меня. Как и я его.

Некий странный отблеск промелькнул в глазах Джаспера, но он сказал лишь:

— А ты никогда не думала… о других вариантах?

Она поняла, куда клонит этот разговор, и ей это не понравилось.

— Нет.

— Сколько лет ты ему пообещала? — спросил Джаспер, прищурившись.

— Не твоё дело, — огрызнулась она.

— Десять лет — это долго, — спокойно заметил он. — А что, если я скажу, что могу освободить тебя от этого соглашения и предложить нечто гораздо выгоднее?

Она смерила его холодным взглядом:

— Я бы сказала тебе вернуться в ад. Я не заключаю сделки с дьяволами.

Он открыл рот, готовясь к ответу, но прежде, чем он успел что-то сказать, что-то появилось буквально из воздуха и с грохотом приземлилось на шезлонг в центре комнаты. Нет, не что-то. Двое. Офелия мгновенно узнала этих дьяволов — Дрима и Зел, их она видела на первых двух уровнях. Оба, кажется, были слишком заняты друг другом, чтобы заметить её. Более того, они были полностью обнажены.

Офелия залилась краской и поспешила отвести взгляд от происходящего. Джаспер лишь усмехнулся.

— Если передумаешь, моё предложение остаётся в силе. Наслаждайся представлением, — подмигнув ей, он исчез.

Комната эхом наполнилась стоном, и Офелия застыла, поражённая происходящим. Движения дьяволов были настолько откровенными, что у неё по коже пробежала горячая волна. Их сцена была даже более провокационной, чем всё, что она видела на втором испытании. Её разум подсказывал, что нужно отвернуться, возмущённая нравственность требовала того же, но какая-то часть её не могла не испытывать… любопытство. Та самая часть, которая так легко поддалась на испытании похоти.