*(Пояснения для читателей на российском примере. Понятия сакральной жертвы и как её играют.

Покойный Алексей Навальный (иноагент, экстремист / террорист) много лет назад стал инструментом, игрушкой в руках западных кураторов. Если долго смотреть в бездну, в какой-то момент бездна начнёт смотреть в тебя.

Нет ничего удивительного, что данный гражданин прилетел в Россию, где не сесть он объективно не мог. Никто не собирался брать «Бастилию» и его освобождать, что бы ни прорицали различные «люди со светлыми по-мертвецки лицами». Для кураторов Алексей Навальный более не представлял интереса, у них таких заготовок из убежавших «оппозиционеров» на несколько стадионов, выбирай любого и раскручивай. Кураторы могли забыть про его существование или использовать в последний раз, по принципу — с паршивой овцы хоть шерсти клок.

И, да, абсолютно не важно, помогли Алексею Навальному или несчастливое стечение обстоятельств, его слишком долго готовили к роли сакральной жертвы, откармливая известностью и популярностью, как на убой…)

Аналитическая записка №3.

Проблемы жизненного пространства и ресурсов.

Территория экспансии, жизненное пространство является ключевым фактором для определения будущего Южной Кореи и Японии. В мире нет других государств (страны-полисы не рассматриваем), подверженных такому давлению в этом вопросе, как следствие: ограниченности территорий, плотности населения, острейшего дефицита энергоносителей и иных ресурсов, критической зависимости от транспортных внешних потоков. Разрыв между собственными ресурсами и потребностью в них, обусловленной поддержанием текущего состояния и развития, максимальный.

В декабре 1941 г. Япония, в состав которой тогда входила территория Корейского п-ова, была вынуждена начать войну против США (атака на Перл-Харбор) в выборе между плохим и очень плохим:

?неспособность окончательно победить в затянувшейся, позиционной войне с Китаем (начало 07.07.1937 г.);

?неготовность к миру на условиях США и Британии, которые отказывались признавать территориальные приобретения Токио (Китай, северный Вьетнам и др.);

?нужда в ресурсах Индокитая (колония Франции), Малайзии (Британия) и Индонезии (Голландии) для продолжения войны и/или развития;

?невозможность решения ресурсного вопроса в случае войны с СССР (расстояния, отсутствие нужной техники, связанность, удаленность разведанных месторождений и др.);

?высокие риски через несколько месяцев включения в войну Британии, а после и США, в случае войны с СССР, и нанесение ими критических ударов в «подбрюшье»;

?союзнические обязательства перед Германией и Италией;

?постепенное введение эмбарго со стороны США, от поставок и рынков которых зависела Япония (импорт 90% нефти), с полным закрытием 25.07.1941 г.;

?ожидание, что США всё равно вступят в войну, но более готовыми и в выгодный им момент;

?осознание, что ресурсов для успешной войны против США и Британии хватит только на 1,5–2 года, после чего скажется их больший стратегический тыл.

В 1940–1941 гг. Япония могла отказаться от амбиций, вернуться к состоянию 1937 г., так и не получив безусловного доступа к стратегическим, необходимым для развития ресурсам (нефть, металлы, каучук и др.), добровольно согласившись на второстепенные роли в мире. Имея в 1937–1940 гг. средний уровень потребления нефти в 27,7 млн. барр./ год и запасы на 1 год, без учёта добычи, Япония рискнула, поставив на успех Германии и/или необходимость для США и Британии принять её новые границы, чтобы развязать руки. Ставка не сыграла.

В 1940-е годы критерии субъектности стран были много проще, можно выделить определённый перечень ресурсов, без наличия и контроля над которыми страна не могла рассчитывать на успех в военном и экономическом плане. Так сложилась ситуация, что на территории Японии (0,3% обитаемой суши) и Кореи (0,2%) практически ничего не оказалось. Развитие технологий ушло далеко вперёд, в настоящее время задача усложнилась в разы.

Если для выживания необходимы продовольствие, питьевая вода и энергия, то для субъктности перечень ресурсов будет состоять из многих десятков только основных позиций. Для развития Корее к 2030 г. необходимо будет совершить успешную экспансию, что крайне маловероятно. Не принципиально, относится это к частям по отдельности или объединённой стране, основные проблемы совпадают. Реальной альтернативой будет войти в союз, который обеспечит закрытие слабых сторон: территория, ресурсы, логистика.

Для понимания масштаба, в 2022 г. на Китай ($535 млрд.), Японию ($254 млрд.) и Южную Корею ($218 млрд.) пришлось порядка четверти всего импорта энергоресурсов в мире. Если у Китая есть собственная добыча, в первую очередь для угольной генерации, то остальные полностью зависят от внешних поставок, остановить которые при современных технологиях — довольно простая задача.

В силу традиций, лучшей подготовки, территориальной изолированности и т.д., Япония всерьез будет рассматривать противостояние и военную экспансию, как вариант будущего, стоит только ослабнуть давлению со стороны США. Для Кореи такой вариант менее привлекателен, приоритет будет отдан мирным договорённостям, стремлению остаться над схваткой, стать аналогом Швейцарии в XX в., получить гарантии всех сторон и т.д. Однако, принимая во внимание, что США / Западу в регионе нужна будет война троянского типа, удержаться от вовлечения будет непросто.

И, да, если Северная Корея может надеяться на поставку из России, то юг полностью завязан на морскую логистику, проблемы в Южно-Китайском море и/или Малаккском проливе делают всем странам региона очень плохо…

Аналитическая записка №4.

Природа успеха Японии и Кореи

Экономические взлеты Японии и Южной Кореи во второй половине XX в. чаще всего рассматриваются в качестве эталонных примеров «правильной» политики, что не удивительно. Ещё недавно нищие страны Восточной Азии оказались в авангарде развития человечества, став частью метрополии/ центра мир-системы Pax Americana. Данное достижение опосредуется следующими факторами: