К тому же, он полагал, что эти две книги помогут ему поддержать былую славу. Но, увы, не тут-то было! Оказалось, что альтернативная история совершенно потеряла популярность. Даже сын Нинели Ивановны заявил, что не желает более даже слышать о масонских заговорах и Романовых: «Сначала историчка в школе, теперь вы! Задолбали!»

Слава, свалившаяся на Александра после освобождения из тюрьмы, грела его в своих лучах совсем недолго. Новостным агентствам было больше нечего про него рассказывать. Политические проекты Александра не получили должного развития: на выпавший из рук Лжедмитрия сладкий пирог власти слетелись другие коршуны — куда более умелые, богатые, цепкие, чем Филиппенко. Одним словом, вышло так, что, решив проблемы с законом, Александр столкнулся с проблемой полной невостребованности.

Она полюбила этого человека, читая его книги. Потом они так романтично познакомились в гардеробе N-ского архива, где он появился в загадочном плаще! И как горько теперь наблюдать за его метаниями в поисках какого-то другого пути в жизни, заработка, поприща! Нинель Ивановна — она теперь служила гардеробщицей в НИИ — советовала мужу стать писателем, фантастом. Он оскорбился и ответил, что никогда не бросит науку. Так что жили они пока на зарплату Нинели Ивановны. Филиппенко обещал, что он вот-вот начнет работать и тогда уж свернет горы, принесет в семью благосостояние. И вот, сегодня утром, Александр, объявив, что отныне посвятит себя теоретической физике, впервые за три месяца уселся за бюро, вооружился ручкой и бумагой.

Нинель Ивановна приблизилась к мужу. Она обняла его мощную спину, нежно приникла к нему, зарылась носом в слегка поседевшую шевелюру. А потом из-за плеча взглянула на листок, лежавший перед Филиппенко. Там было написано:

'В 1802 году, когда наполеоновские солдаты уже размахивали кулаками перед носом Папы римского, французский ученый Люссак открыл свой скандально известный закон:

V/T = const,

то есть при конституционном режиме скорость газа прямо пропорциональна времени его нагревания.

Этот закон мог бы перевернуть мировые представления о физике, но догматичная Французская Академия (ранее волюнтаристски запретившая ученым поиск вечных двигателей) в сговоре с католической церковью, заинтересованной в сохранении своих тайн и переполненной ненавистью к представителям нетрадиционной сексуальной ориентации (Люссак был геем) воспрепятствовали развитию идей французского ученого.

Известно, что период колебания груза на пружине рассчитывается по формуле:

T = 2??m/k

Очевидно, что

V/const=2? ?m/k

Отсюда получаем число ?:

п=V:(2const?m/k)

Между тем, советским людям в течение семидесяти лет морочили головы, заставляя их повторять, что это число равняется 3,14. Этот факт весьма любопытен, учитывая, что 1314 год — это год расправы над тамплиерами, год казни Жака де Моле, проклявшего французских государей!

Так же интересны результаты, которые можно получить при перемножении удельной теплоемкости биссектрисы и времени, в которое наполнится ванна с маленьким отверстием…'

— Любимый! — нежно шепнула Нинель Ивановна. — Ты гений! А скажи, удельные князья и теплоемкость как-то связаны?