Я хватаю Алистера за руку и выворачиваю, пока он не приседает.

— Я люблю тебя, старший брат, правда люблю, поэтому я уважая твои желания, покину твой дом и никогда не вернусь. Но ничто из того, что ты можешь сделать, кроме как убить меня, не удержит меня вдали от женщины, которую я люблю. Так что иди и возьми свой дробовик или отвали нахрен.

Лекси и ее мать стоят там с потрясенными лицами, наблюдая, как мы с Алистером делаем то, что у нас всегда получалось лучше всего: ссоримся.

— Я не могу в это поверить.

Гнев Лекси, наконец, выходит из-под контроля. Она засовывает ноги в пару ботинок и распахивает двойные входные двери. Тихо падают снежинки, скапливаясь на ступеньках крыльца.

— Ты не можешь указывать мне, кого любить! — кричит она Алистеру, прежде чем повернуться к матери. — Я выбираю Калеба.

Прежде чем они успевают ответить, она уходит в снег, а я следую за ней по пятам.

— Вернись сюда. — рычу я, как только оказываюсь достаточно близко, чтобы она могла меня услышать.

Я снова прижимаю ее к своей груди, заставляя остановиться и не отрывать от меня взгляда. Слезы текут по ее щекам, и ее прекрасные темные волосы влажные, буйны и идеально подходящие для моих пальцев.

— Больше так от меня не убегай.

Я утыкаюсь носом в ее шею, чувствуя дрожь, пробегающую по ее телу от моего прикосновения.

— Особенно после того, как ты делаешь романтические признания, как тогда.

Она отрывисто смеется, вытирая щеки.

— Это не совсем мое представление о романтике.

Наши лбы соприкасаются, и я шепчу ей в губы:

— Ты сказала, что выбераешь меня.

Ее улыбка становится застенчивой, и румянец нежно окрашивает ее щеки. Я вытираю слезы с ее щек, лелея каждый дюйм ее тела и желая большего.

— Думаю, я действительно так сказала.

Она отводит глаза от моего голодного взгляда.

— В моменте.

Я ухмыляюсь.

— Мне нравится, что ты вся такая горячая, озабоченная и поешь признания в любви.

— Любовь? — ее взгляд возвращается к моему. — Это может быть слишком…

— О, это вовсе не слишком, мисс Эверетт.

Я запечатлеваю нежный поцелуй на ее влажных губах.

— Мне плевать, что думают другие. Мое сердце выбрало твое много лет назад. Я отказываюсь скрывать свою любовь к тебе ни секундой дольше.

— Подожди… — она качает головой. — Я все еще зациклена на этом слове «любовь», которое ты постоянно используешь.

— Разве ты не почувствовала мою любовь раньше, в винном погребе?

Я мягко прижимаюсь бедрами к ее бедрам, напоминая ей обо всех местах, где мы были вместе.

— Я что-то почувствовала, это точно.

Теперь она дразнит меня. Ее тело расслабляется от моих прикосновений, когда мир исчезает, и мы снова становимся самими собой.

— Может быть, тебе нужно напоминание.

— Возможно, мне понадобится пара напоминаний. — нежно шепчет она мне на ухо.

Мой член подпрыгивает и пульсирует в штанах от ее многообещающих слов.

— Я за ежедневные напоминания, детка.

Мы стоим тихо, не осталось больше слов, чтобы сказать, пока я делаю все возможное, чтобы защитить ее от снега, согреть и показать ей, как чертовски много она стала значить для меня — не с одной ночи, а с годами. Просто до сих пор я не позволял себе в это верить.

— Оказывается, мне нужно было напоминание о том, как глубоко ты запала в мою душу. Пять лет назад мне было страшно. Ты была ребенком, и твой выбор мог быть основан на гормонах и ни на чем другом. Восемнадцать — это лишь ребенок, понимаешь? Мне было трудно поверить, что кто-то такой молодой может хотеть меня. Я хотел, чтобы ты немного пожила, увидела, что там, даже если это убьет меня. Но на этот раз я не уйду от тебя, Лекси.

Я обхватываю ее щеки ладонями, осыпая поцелуями линию волос и веки, пока не ловлю ее рот своим.

Ее руки обвиваются вокруг моей талии, пальцы ныряют под подол моей рубашки, и удовольствие разливается по моим венам. Все в нас так синхронно. За свои сорок шесть лет я ни с кем не находил такой связи.

— Переезжай ко мне. — говорю я, как только эта мысль приходит мне в голову.

— Что? — она смеется, а затем замолкает, понимая, что я серьезно отношусь к каждому слову. — Ты можешь закончить магистратуру. Я перееду в Бостон. Теперь мой бизнес в значительной степени работает сам по себе.