Резкий поворот и чувствую, как на глаза набежали слёзы, а душу затопил восторг.

— Дедушка! — сорвавшись с места, повисла на шее родного человека, как когда-то в далёком детстве.

С опозданием поняла, нельзя так, дедушке уже много лет, чтобы подвергать таким нагрузкам. Отстранившись удивлённо моргнула, осматрев родного человека. Это определённо он, вне всяких сомнений, но куда моложе. В моей памяти дедушка всегда был мужчиной в возрасте, на чьём лице года и потери оставили свой след. Сейчас передо мной был мужчина средних лет, без единого седого волоска. Только прищур родных светло-карих глаз остался тем же и лёгкая улыбка.

— Мне тебя так не хватало, ты бы только знал! — выдохнула на эмоциях.

— Знаю, — улыбнулся он. — Я всё знаю, наблюдал за тобой и очень тобой горжусь.

Его слова отозвались теплом на душе, заставляя довольно жмуриться, словно сытую кошку.

— И я хочу, чтобы ты познакомилась с этими чудесными леди, — продолжил дедушка.

Только сейчас я обратила внимание, что здесь мы не одни. За его спиной, шагах в трёх стояли моложавая женщина и совсем юная девушка.

— Лейри, познакомься, это моя единственная и любимая супруга — Ения Олйсин, — представил дедушка женщину постарше.

— Рада с тобой познакомиться, — улыбнулась тёпло… бабушка. — Жаль, что мне было не суждено знать тебя при жизни.

— А это… — повернулся дедушка к юной девушке.

— Мама, — прошептала я поражённо.

Её невозможно было не узнать. Дедушка был прав — мы очень похожи. Я словно видела перед собой сестру, почти близнеца. Если с бабушкой мы напоминали друг друга только отчасти, то с мамой словно копии.

Тут мне пришла в голову мысль, ведь она родила меня будучи ещё совсем юной. Моей ровесницей! Она умерла, пожив так мало! Потому сейчас она выглядит не старше меня. Получается, что…

— Я умерла, да? — сорвалось само с губ.

Как ещё объяснить, что я вижу всех их: дедушку. Бабушку, маму, когда их уже нет в живых?

— Что ты, милая, — произнесла мама, выходя вперёд. — Сейчас ты крепко спишь, а нам разрешили навестить тебя, чтобы сказать — ты справилась. Ты всё сделала правильно, дочка.

Глаза защипало, стоило маме меня обнять. Не знаю, как это возможно тут, но я чувствовала исходящее от неё тепло, а ещё горьковатый запах полыни, который ей удивительно шёл. Внутри всё сжималось и переворачивалось. Даже в мечтах я не ждала, что смогу когда-нибудь обнять маму. Могла только воображать, какой она была и какой могла быть жизнь, сложись всё иначе.

— Мамочка, — всхлипнула я.

— Всё хорошо, — произнесла она, и отстранилась, глаза блестели слишком ярко из-за избытка влаги. — Мне так жаль, милая, что не смогла с тобой остаться. Меня не было рядом, когда ты сделала первый шаг и сказала первое слово. Прости меня.

— Ты ни в чём не виновата, — улыбнулась я ей, а потом почувствовала злость. — Это всё предыдущий герцог Эрвейский! Всё из-за….

— Успокойтесь, — вмешался дедушка. — Нам дали не так много времени, чтобы тратить его столь бездарно.

Словно из воздуха возник небольшой столик и четыре стула. Мы сидели и беседа текла шустрой рекой. Хотелось сказать так много, а спросить ещё больше. Оказывается, этот пляж — место куда дедушка с бабушкой ездили после свадьбы. К моему разочарованию говорить, что же ждёт всех нас после смерти, родные отказались наотрез. Зато неоднократно повторили, что я всё сделала правильно. Настоящая героиня. И вообще, всё у меня будет хорошо.

Было ещё много воспоминаний родных. В их окружении было настолько хорошо, на душе и сердце светло и легко, что когда подошёл момент прощаться, меня захлестнула почти паника.

— Я не хочу прощаться, — помотала я головой. — Почему вы не можете остаться, если я так много сделала?

— Это тебе пора возвращаться, Лейри, — улыбнулся мне дедушка.

— Но я хочу остаться! — возразила я горячо. — Быть с вами!

Действительно, зачем мне куда-то возвращаться? Я помнила, где-то там отец, муж, друзья, но… Сейчас в душе при мыслях о них, был лишь неясный отклик, зато внутри всё пело и ликовало от присутствия рядом родных.

— Нельзя, — строго покачала головой бабушка. — Твоё время ещё не настало. Не торопись расставаться с жизнью.

— С вами расставаться не хочу, — слёзы уже потоком стекали по щекам.

— Мы тебя дождёмся, — ласково сказала мама. — Обязательно. Но сейчас тебе пора. И ещё, Лейри…

— Что? — цеплялась я за каждую возможность побыть с ними лишний миг.

— Передай Диону, я люблю его.

Не успела я ответить, как всё вокруг поблекло и растворилось, сменившись темнотой, в которую откуда-то, словно издали, проникали посторонние звуки и чужие голоса.