— У тебя сердце воина, — послышалось вдруг, заставив меня замереть. — Сильные даже больно упав, вновь поднимаются и идут вперёд с гордо поднятой головой, а слабые сдаются. Ты сильная и храбрая девушка. Моё уважение.

Всё это Кастиан произнёс привычно тихим шелестящим голосом, а потом убил на повал неожиданно слегка поклонившись.

А ещё с его слов мне хотелось горько рассмеяться. Сильная и храбрая? Ах, если бы! Я всего лишь дикая лесовичка, которую не научили признавать авторитеты и общаться с людьми. Из-за чего я постоянно совершаю глупые ошибки и нарываюсь на неприятности.

— Ошибаешься, — обронила я, невесело усмехнувшись. — У меня всего лишь нет выбора. Я или буду бороться, или очень скоро погибну.

— Многие предпочли бы сдаться, — мне послышалось, или он усмехнулся.

— Я не многие, — ответила, ощутив укол тоски.

Чужая в этом мире аристократов, лишняя везде, кроме родного леса. Есть ли где-то место, где я буду своей? Встречу ли я людей, что примут мен такой, какая есть?

— И этим выгодно отличаешься, — прошелестел Кастиан.

Ничего отвечать на это не стала. Ещё раз поблагодарив на автомате, поспешила уйти. Странный разговор. Саму себя я не считаю какой-то особенной в хорошем смысле слова, скорее я чужеродный элемент в здешних реалиях.

В дверях столкнулась Шаоном. Чудом не налетела на него всем телом. Он кинул на меня такой мрачный, полный ярости взгляд, что я чудом не шарахнулась в сторону. И в целом он выглядел как человек полный бессильной злости и обречённой тоски. Похоже, властный отец был сильно недоволен и хорошо пропесочил заигравшегося отпрыска.

Не моё это дело, своих проблем хватает. Не до выяснения причин недовольства братца. Выжить бы… А ему полезно, иногда получить трёпку.

***

Этот день явно решил, что мне мало досталось. Иначе я не знаю, как ещё расценивать вызов к ректору, поздно вечером. Ужин остался позади, я спокойно готовилась к завтрашнему дню, заканчивая переписывать конспекты Джали, как раздался стук в дверь. Открывать пришлось мне, так как Анноли отсутствовала, Талина с Денизой намазали на лицо какую-то вонючую дрянь коричневого цвета и скорее выпрыгнут в окно, чем покажутся кому-то в таком виде.

Там обнаружился апатичный слуга, который передал мне распоряжение явиться к начальству. Неужели снова проблемы? Не хочет ли, ректор выставить меня виноватой во всём произошедшем? А что, удобно и снимает львиную часть ответственности — девица вела себя вызывающе, постоянно оскорбляла и провоцировала достойных людей, а значит и наказывать надо её. И вся недавняя ситуация уже не кажется такой мерзкой и жестокой. Если он думает, что я с подобным соглашусь, то сильно заблуждается. Когда я ходила к нему в поисках помощи и поддержки, меня выставили вон, даже слушать толком не стали, пусть теперь пожинает плоды своего наплевательства. К тому же, если верить леди Камелии, он за него получал не мало монет.

Впрочем, что гадать, нужно идти. Вздохнув отложила бумаги в сторону и направилась за новыми неприятностями. В том, что ждут меня именно они, не сомневалась ни минуты.

А переступив порог кабинета невольно изумилась. В ректорском кресле меня поджидал не ректор Корган, а сам герцог Эрвейский.

— Илейра Олсин, — то ли поприветствовал, то ли констатировал он.

— Ваша светлость, — опомнившись, попыталась сделать реверанс, но вышла откровенно жалкая пародия.

— Присаживайся, — кивнул герцог на диванчик для гостей, сам при этом поднялся на ноги.

Подойдя к окну, он с минуту созерцал открывшийся ему пейзаж. Я не рисковала первая начинать разговор. Не по чину. Если местных аристократов я изначально не воспринимала авторитетами, то в присутствии этого мужчины робела и чувствовала неуверенность.

— Не буду ходить долго вокруг да около, — наконец заговори он. — Я велел позвать тебя сюда, чтобы сообщить, что ты моя дочь.

Как должна реагировать на подобное заявление простолюдинка? Испытать шок, радость, надежду, или на худой конец — испугаться. А я банально застыла. У меня разом кончились не то что слова, мысли и те разбежались в разные стороны от такой прямоты. Такого развития событий я никак не ожидала. Даже помыслить о нём не могла. Пусть и побледнел герцог в нашу прошлую встречу, наверняка вспомнив мою мать, но чтобы вот так утверждать? И ведь вряд ли он стал бы кидаться такими словами без полной уверенности. Проверил? Но как и когда? Пока в лазарете валялась — пришёл быстро ответ.