– Открой, – сказал Крис тоном усталого начальника.

– Потеря фирмы тебе уже не грозит, так зачем я нужна еще?

– Не откроешь, перебужу всех соседей, – пригрозил он насмешливо.

Николь нарочито тяжело вздохнула в переговорное устройство, давая понять, что уступает неохотно. Конечно, она была не совсем искренна. Обида на Криса была куда меньше вспыхнувшей в ней радости, что сейчас вновь увидит его. И неважно, что ей предстоит услышать, ведь она загодя уже смирилась с разлукой.

Заранее открыв дверь в свою квартиру, она ушла в гостиную и забралась в кресло, где чувствовала себя в большей безопасности. Дверь захлопнулась, и в комнату стремительно вошел Крис Леонетти.

Господи, что с ним приключилось, подумала Николь, разглядывая Криса. Лицо бледное, черты заострились, словно после тяжелой болезни. За прошедшие несколько дней он преобразился до неузнаваемости. Отыскав ее взглядом, Крис решительно направился к ней.

– Не подходи! – почти испуганно вырвалось у Николь. – Если хочешь, садись на диван и говори. Зачем ты пришел?

– Мне нужно было увидеть тебя. Мы не виделись целых четыре дня. – Голос Криса звучал глухо, как будто ему не хватало сил. – Понимаю, ты сердишься на меня… – Леонетти продолжал Стоять и рассеянно оглядываться, как человек, попавший из темноты на свет.

– Какой мне смысл сердиться на тебя? – поторопилась возразить Николь. – Я отлично все понимаю. Тебе надо было спасать свою фирму, и ты устроил мне ловушку, пользуясь своей сексуальной неотразимостью. Теперь тебе больше ничего не грозит, так в чем дело? – Она старалась говорить холодным безразличным тоном, и все-таки в ее тоне прорывалась горечь обиды.

– Я уже сказал, мне необходимо было тебя увидеть. – Крис устало опустился на диван.

– Не ты ли сам отменил нашу встречу в понедельник и даже не счел нужным потом перезвонить. Хотя бы для приличия, – сухо заметила Николь.

– Я не мог.

Она недоверчиво смотрела на него. Крис уткнулся лицом в ладони и потер глаза.

– В понедельник у матери повторился тяжелый сердечный приступ, она кричала от боли. Врачи констатировали обширный инфаркт. Три ночи я не отходил от нее, мучаясь чувством вины. Если б раньше мог понять, что ей, бедной, уже не по силам заботиться о моей дочери, этой катастрофы могло бы не произойти. Сегодня утром врачи сказали, что ее жизнь вне опасности, и я помчался к дочери, в Калабасос. Извини, что так поздно заявился к тебе, сама знаешь, как трудно уехать от Джуди. Пришлось дожидаться, пока она крепко заснет. Да, сегодня я успел взять в дом экономку, которая будет вести хозяйство.

Николь смущенно смотрела в покрасневшие от бессонницы глаза Криса.

– Извини, я ведь не знала, что и думать о твоем внезапном исчезновении. – Чувство сострадания захлестывало ее. – Ты наверняка голоден, я сейчас приготовлю тебе поесть, – спохватилась она и, вскочив на ноги, устремилась в кухню.

Проходя мимо Криса, Николь вынуждена была остановиться, потому что он поймал ее руку и прижался к ней колючей щекой. Даже побриться не успел, сочувственно подумала она и, дотянувшись до его густых волос, стала перебирать волнистые темные пряди.

– Прими душ, пока я готовлю, и побрейся. Крис поцеловал ее ладонь и нехотя выпустил руку. Николь едва оторвалась от него и ушла в кухню.

Когда в ванной комнате приглушенно зашумела вода, в ее душе воцарился невероятный покой. Напрасно все эти дни она пыталась обмануть себя. Крис вошел в ее душу глубоко и надолго. Будущее больше не пугало ее. Как бы ни сложились их отношения, этого чувства у нее не отнимет никто и никогда.

Все утро на работе Николь рассеянно улыбалась всем подряд, вызывая ответную улыбку у одних, недоумевающие взгляды у других. Всем своим существом она еще пребывала под очарованием прошедшей ночи.

После ужина Крис был сразу отправлен в постель и заснул, едва коснулся головой подушки. А Николь получила возможность, не стесняясь, смотреть на его обнаженное тело, прикасаться к его плечам, груди, к плоскому животу. Ей все нравилось в нем, и завитки темных волос, и смуглота его кожи. Поза бегущего оленя, в которой он спал, приводила ее в восхищение. Не удержавшись, она провела ладонью по совершенной в эстетическом плане линии бедра, переходящей в мускулистую ногу. Крис, не просыпаясь, заключил ее в свои объятья, и она покорно легла рядом, чувствуя на щеке его легкое дыхание.

Среди ночи он разбудил ее поцелуями и ласками, и они любили друг друга нежно и неторопливо. Прежде, чем снова заснуть, Крис шепнул ей на ухо:

– Выходи за меня, Ники.

Николь замерла, не зная, что ответить, а он уже крепко спал, судя по его ровному дыханию. Взволнованная, она выскользнула из постели и подошла к окну. Ущербная луна клонилась к горизонту, предвещая исход ночи, но мириады звезд еще подмигивали ей с высоты небес, словно хотели сказать: “О чем ты задумалась? Разве не сама Судьба свела вас вместе?”.