Утром они договорились, что в Энсино поедут вместе.

– Съезжу за Джуди, и мы приедем за тобой на работу.

Впервые за четыре года Николь уходила из офиса раньше всех, да еще в сопровождении красивого мужчины. Мало кто из сотрудников компании знал Криса Леонетти в лицо, но вид у тех и у других был откровенно изумленный.

Николь попрощалась со всеми, кто встретился им в коридорах, желая хорошо отдохнуть за выходные, и, внутренне торжествуя, направилась со своим возлюбленным, который нес ее дорожную сумку, к выходу.

В припаркованной на служебной стоянке знакомой машине она с радостью увидела очаровательное личико Джуди, которая нетерпеливо высматривала их и подпрыгивала на сиденье. Крис отпер заднюю дверцу, и Николь скользнула внутрь. Джуди бросилась к ней на шею, обвив своими ручками, расцеловала в обе щеки, после чего серьезно заявила:

– От тебя вкусно пахнет, а вот наша экономка… – девочка бросила недовольный взгляд на отца, – …пахнет луком!

Николь подумала, что Джуди нарочно не правильно произнесла слово “экономка”, потому что та ей не понравилась. Последовавший за этим вопрос малышки, привел ее в замешательство:

– Ты согласна стать моей новой мамой? – требовательно спросила маленькая пересмешница, все еще продолжая обнимать ее.

Николь беспомощно посмотрела на Криса, который наблюдал за ними, сидя за рулем, а тут отвернулся, чтобы скрыть довольную улыбку. Не получив от него никакой поддержки, Николь тихо шепнула Джуди на ухо:

– Согласна!

Николь открыла глаза после недолгого сна и посмотрела в иллюминатор. Прямо по курсу самолета из-за раздвинувшегося горизонта выкатывался ярко-красный солнечный диск. Солнце всходит на востоке, значит, мы летим в будущее, подумала она. Кажется, эта ночь была самой короткой в ее жизни.

Внизу, в предрассветных сумерках серела безбрежная гладь Атлантического океана. В салоне самолета было тихо, пассажиры спали. В соседних откинутых креслах сладко посапывали Джуди и Джонни. Николь вернула свое кресло в обычное положение и посмотрела на спящего Криса. В белой футболке и легких брюках свободного покроя он выглядел… непривычно домашним.

Она вспомнила, каким элегантным он был вчера в темном свадебном костюме, и, мечтательно улыбнувшись, откинулась на спинку сиденья. Самой ей не пришлось тратить время на поиски специального свадебного наряда. Длинное белое платье с зелеными кружевами, которое ей не удалось обновить в тот памятный понедельник, как нельзя лучше подошло для скромной свадебной церемонии.

Скромность объяснялась тем, что миссис Леонетти, мать Криса, еще находилась в реабилитационном центре, где они побывали у нее накануне свадьбы с разрешения врачей. Николь очень волновалась перед этой встречей. Но мать Криса не скрывала радости, что сын наконец-то счастлив. Кажется, я ей понравилась, с довольным видом вспоминала Николь.

Венчание состоялось в Энсино, в небольшой церквушке, кажется, восемнадцатого века, и венчал их старенький викарий, с которым была в большой дружбе тетушка Кэти…

Николь улыбнулась, вспомнив Джуди. Вот для нее специально было куплено длинное нежно-розовое платьице, усеянное маленькими букетиками цветов. Словно прирожденная актриса, малышка грациозно выступала впереди новобрачных и разбрасывала в проходе лепестки роз, которые рано поутру собрали для нее в маленькую корзиночку внуки Андерсонов.

Расстроил ее Джонни. Узнав о том, что мама выходит замуж, он побледнел так, как бледнеют смуглые от природы люди. Его оливковая, как у отца, кожа приобрела серый оттенок, большие темные глаза наполнились слезами, которые он отчаянно сдерживал. С этого момента Джонни замкнулся, и попытки взрослых разговорить его в течение недели не давали никакого результата. Николь пришла в отчаяние.

Как ни странно, положение спас Крис. В субботу, накануне свадьбы, он предложил Джонни прокатиться с ним на машине и увез его на несколько часов. Где они были и о чем говорили, Николь смогла догадаться только вечером по тем вопросам, которые Джонни задал ей перед сном.

– Мы, правда, теперь будем жить вместе? – глаза его лихорадочно блестели.

– Если ты хочешь, – осторожно ответила Николь.

– Хочу, – тихо произнес тот и замолчал, словно обдумывал что-то. – Мам, а ты отпустишь меня с Крисом на яхте в море?

– А ты хорошо держишься на воде?

– Да, я сегодня плавал в море! Не веришь? Спроси у Криса. – Он сжал губы и снова замолчал. – Наверное, мне надо еще потренироваться, – самокритично добавил он.

– Завтра мы полетим к дедушке в Италию. Там у тебя будет возможность вволю поплавать в реке Ламбро.

Николь внимательно всматривалась в лицо Джонни, понимала, что он слишком возбужден грядущими переменами.

– Знаешь, сынок, постарайся сейчас ни о чем не думать. Поверь мне, все у нас будет хорошо, потому что я люблю тебя больше всех.