– А ты довольно кровожадна, молодая леди. – я набираю пароль от вай-фая. В моем доме сейчас сразу пять точек доступа в сеть, все оплачены по максимальному тарифу. Если что-то и выдает во мне Технаря, то, пожалуй, вот это. Опять-таки и черт с ним. Мясники не доставляют мне слишком много неудобств, но когда они делом заняты на душе как-то спокойней, общий эмоциональный фон немного легче становится. Связаны мы вместе не только общим информационным каналом, это еще полбеды было бы, все-таки есть люди, которые в состоянии сосредоточиться на важном, не обращая внимания на другие потоки информации. Нет, Мясники и я – одно целое на уровне эмоций. И с этим уже никакой йог ничего бы не сделал, вот почему в конце концов все становились Мясниками. Но у меня есть способность снимать эмоции, посылая их в Рой, потому мне это не страшно. Однако все время быть безэмоциональной машиной тоже не совсем уютно. Так что когда мои Мясники заняты делом, удовлетворены жизнью и относительно довольны – мне тоже хорошо. Именно поэтому я не стала никуда бежать, роняя тапки, а назначила встречу с Вывертом на завтра. Полдень, нейтральная территория, бар «Соммерс». Возьму с собой Сплетницу, пусть порадуется.

– Я не кровожадная. Я – практичная. – возражает мне она, становясь на колени и начиная распаковывать еще один планшет: - Выверт – это Выверт. Он всегда изворачивается и встает на ноги. Если вести с ним переговоры, то в конечном итоге он своего добьется.

– Как у тебя мало веры в меня, Великую и Ужасную Тейлор. Съесть его я всегда успею. Худой мир лучше доброй ссоры. Ты опасаешься, что он обведет меня вокруг пальца? А ты у меня на что? Как там… - я становлюсь в пафосную позу, упирая руки в бока: - «Я злодея погубил, я тебя освободил, а теперь душа-девица на тебе хочу жениться!»

– Ты не победила злодея, а вступила с ним в переговоры, - указывает Сплетница: - и я очень опасаюсь, что в результате это он тебя победит. Да, ты почти неуязвима, у тебя невероятные возможности по разрушению и убийствам себе подобных, если дать тебе развернуться ты станешь стихийным бедствием. Но у тебя есть моральные принципы, ты не психопатка.

– И с каких пор это стало недостатком? Именно благодаря этому ты все еще жива и здорова, Лиза. Будь я психопаткой, твой жизненный путь закончился еще в том самом переулке у мусорных контейнеров. – напоминаю я: - а я терплю даже твое сомнительное чувство юмора. Хотя ты постоянно испытываешь мое терпение, Лиза.

– Вот в этом дело, Тей-Тей. – вздыхает Лиза: - ты слишком хороша для Мясника. Нет, я не жалуюсь. Просто я – манипуляторша, Тей. Я манипулирую тобой. Играю на твоем чувстве одиночества после того, как тебя предала твоя лучшая подруга. Играю на том, что ты – никогда не предашь своих друзей, тех, кого ты считаешь друзьями. Потому что – тебя предали. Играю на том, что ты терпеть не можешь тех, кто буллит других, ведь ты сама подверглась буллингу в школе. Я играю на твоих чувствах, Тей-Тей. Я и говорю это все тебе только затем, чтобы ты … да, вот именно – сделала вот такие глаза. И приняла решение о том, что ты все равно меня не бросишь и не убьешь. Видишь, как легко тобой манипулировать? Несколько слов и я уже могу творить что захочу рядом с тобой и ты не станешь пожирать меня своим Роем или бить болевым импульсом. Более того – ты уже готова утешать меня и уверять что это ничего страшного, что все друг другом манипулируют и что у меня просто немного больше информации об окружающих. Ты собралась жалеть меня! Удивительно, Тей-Тей, как в тебе уживается невероятная жестокость и такая же невероятная мягкость. Я боюсь, что Выверт использует твои слабости против тебя. Боюсь, что у него получится это сделать.

– Вот как. – я подключаю последний планшет и даю доступ к нему, Два крупных муравья тут же срываются с места и начинают исследовать экран, вбивая буковки в поисковую строку. Я встаю и отряхиваю колени.

– Знаешь, ты меня тоже поражаешь, Лиза-Сплетница. Ты такая умная и такая дурочка одновременно. – говорю я, поворачиваясь к ней: - все-таки недаром вы – Умники, а не Мудрецы. Все что я делаю – я делаю потому что хочу этого. Ты мне нравишься, и я терплю твои шуточки и подначки, твое высокомерие и желание показаться самой умной в классе. Перейдешь границу – надаю по заднице. Если я перейду твои границы – ты обидишься. Это и есть человеческие отношения, Лиза. Ты манипулируешь мной, я – тобой. Только обычно люди не называют это манипуляциями.

– И как же люди это называют? – прищуривается Лиза, делая шаг назад, опираясь спиной на стену и складывая руки на груди: - только не говори, что …

– Обычные люди называют это отношениями, Лиза. Просто отношениями между людьми. Если я поддаюсь на твои манипуляции, то это не потому, что ты такая продуманная злодейка и умеешь читать между строк и управлять мною. Это потому, что я тебе позволяю. Может быть потому, что я не против, может быть, потому что мне самой охота именно этого. В любом случае я предпочитаю, когда люди разговаривают со мной, нежели чем пытаются заставить силой. Но… ты не самая умная девочка в комнате, Лиза-Сплетница, не ты одна можешь читать людей. – отвечаю я, прищуриваясь ей в ответ: - я тоже умею это. Пусть и не так хорошо, как ты.

– О, Леди Баг, Ядовитый Плющ, Пятнадцатая из династии – умеет читать меня. Это страшно. И что же написано у меня на лбу? – наклоняет голову Сплетница, снова начиная напоминать маленькую любопытную птичку в клетке.

– У тебя на лбу написано, что ты боишься. – отвечаю я: - и на самом деле ты боишься не меня. Ты знаешь меня достаточно хорошо и знаешь, что я не нанесу тебе вреда. Ты боишься будущего, Большой Игры. Я не знаю, что именно ты видишь в будущем, но тебе страшно. Иногда это проклятие – быть слишком умной, а?

– Это всегда проклятие. – ворчит себе под нос Лиза: - да, я боюсь. Если бы ты знала, Тейлор…

– Увы, мне не дано. – пожимаю я плечами: - я не такая умная. Дай птице, поющей в высоте познать крупицу человеческой мудрости и она тотчас упадет наземь бездыханная. Потому что во многих знаниях много скорби и тот, кто умножает знания – умножает скорбь.

– Экклезиаст. Книга Соломона. А ты начитанная, Тей-Тей.

– Если у тебя мама – преподаватель литературы, начитанность идет бонусом. – усмехаюсь я: - некоторые книги я наизусть помню. Вместо сказок мне читали на ночь «Опыты» Александра Попа или «Тысячеликого Героя» Джозефа Кемпбелла, «Золотую Ветвь» Джеймса Джорджа Фрэйзера. Я выросла с ними.