– Все? – спрашиваю я у Лизы, поднимая голову от стола с бумагами: - должно быть все. Я одновременно просмотрела сотню документов, Лиза. Этого более чем достаточно. Мы провели встречи с Неформалами и Странниками, подтвердив их контракты, видели Ноэль, которая, слава богу, сегодня спит. Я одобрила твой план по началу операции, дала распоряжения наемникам, поставила на место Выверта… все?

– Это только начало. – говорит она, садясь на краешек стола и качая ногой в очень дорогой туфельке: - мне нужно одобрение и содействие в проведении предварительной кампании в интернете и СМИ.

– Да, да. – киваю я: - конечно. Делай. У тебя развязаны руки, делай что хочешь и как хочешь.

– Ты меня не слышишь? Мне нужно твое содействие. Вести одновременно два десятка аккаунтов я не смогу. Необходимо сформировать иллюзию волны общественной поддержки. Некоторые из аккаунтов я сама создала полгода назад, но большей частью просто взяла те, у которые владельцы долго не были в сети. Чтобы не было подозрений… кроме того у меня вот тут и форумы написаны. Конечно, начнем с PHO, но есть очень влиятельные форумы с высоким рейтингом цитирования… есть тематические сайты о кейпах или политике, там будут короткие статьи и мнения, а еще есть комментарии под новостями на сайтах официальных СМИ. И мне нужны инфлюэнсеры. Лидеры общественного мнения. Но самое главное – мне нужны наши местные клоуны.

– Так возьми денег и найми себе команду клоунов. – ворчу я: - забыла, где у Выверта чековая книжка?

– Оу… удар ниже пояса, Тейлор. – дорогая туфелька скользит, снимаясь с пятки и повисая на кончиках пальцев: - упрекать девушку в том, что она тратит немного денег на себя. Это моральная компенсация, ему доставляет моральные мучения видеть, как я расходую ресурсы на платьица. Да и тебе нужно бы приодеться. Мы с тобой совершенно точно пойдем по магазинам во вторник, освободи день в расписании. Деньги на то и деньги, чтобы позволять себе немного лишнего. Ты должна выглядеть дорого и шикарно. В конце концов ты – Администратор.

– Не втягивай меня в разговор про экономику Броктон Бей снова, я тебя умоляю. – отвечаю я, вытянув руки на столешнице и положив на них голову: - мне вот страшно домой возвращаться. Что я отцу скажу?

– Правду. Говорить правду легко и приятно. – пожимает плечами Лиза и ее очень дорогая туфелька падает на пушистый ковер с кончиков пальцев: - что ты весь день работала как проклятая. Отпинала здоровенного наемника, указала Мраку на его место, нарычала на Суку, да так, что та прижала метафорический хвост меж своих реальных ляжек и села на место, пообещала Трикстеру что найдешь средство вернуть Ноэль в форму, чтобы тот наконец мог полапать ее за сиськи и ознакомилась с планами Выверта, разработанными Аккордом. А потом… - она улыбается и ставит свою босую ножку на мое бедро: - потом ты хотела разложить свою подругу прямо на столе и сорвать с нее очень дорогое платье… не менее дорогое белье и как следует ее наказать за то, что она такая умная. Возможно, это в тебе говорит зависть… ну, ты же громила, а я – мозг команды. А еще тебе нравится насилие и моя беспомощность… - она поднимает руки вверх, сдаваясь: - большой и страшный Мясник и такая слабенькая Сплетница… ты же сможешь сделать со мной все, что захочешь. Здесь, в бронированном убежище со звукоизоляцией… сколько бы я не кричала – никто меня не услышит.

– Ты меня провоцируешь, Лиза. – говорю я и опускаю руку вниз, трогая гладкую кожу и маленькие пальчики: - ты же знаешь, что я не могу… по крайней мере не так. Мясники мне потом жизни не дадут.

– Ой, да плюнь ты на них. – прищуривается она и ее ножка медленно скользит по моему бедру вверх: - они всего лишь неудачники, у которых никогда не будет такой девушки как я. Пусть завидуют. Засунь их в тараканов и забудь. У меня так много идей в голове… мы можем поиграть в строгую учительницу и наивного школьника…

– Давай, чего ты уже ждешь, очкастая! – говорит Мясник Первый: - сорви с нее одежду, дай поглазеть на ее сиськи! Засунь в нее язык, ей это должно понравиться… она же стерва. Трахни ее так, чтобы она забыла, как ее зовут, чтобы оказалась в следующем вторнике, чтобы она лежала и скулила как маленькая сучка!

– Помолчи. – звучит другой голос и Мясник – затыкается. Голос обращается ко мне: - Извини, Тейлор, иногда он просто не может сдержаться. Но… в чем-то он прав. Лиза – контрол-фрик, она желает все держать под контролем, ей кажется, что ее знания позволяют ей это сделать. С того момента как она обрела свои способности она не занималась сексом. Ни с кем. Подумай, Тейлор, зачем она провоцирует тебя?

– Что? – на секунду я замираю. Внутренние диалоги с Мясниками всегда проходят на третьей космической скорости, это не спокойный и неторопливый обмен фразами, это скорее вспышки понятий и образов, за то время, пока Лиза не успела закончить свое предложение, я уже успела понять что говорит Пятый и удивится этому: - ни разу?

– Ни единого. При этом она старше тебя и … далеко не девственница. Дети в наше время такие продвинутые. – вздыхает он: - помнишь свои походы по кафешкам и мертвую женщину в фундаменте? Тараканов на кухнях и сороконожек с пауками? Вот примерно то же самое испытывает и она – она видит, что именно делал парень своими руками в туалете и даже не помыл толком руки. Она знает о всех грязных мыслишках в голове у людей, что провожают ее взглядом на улице, и она может предсказать до миллиметра и наносекунды что именно и как произойдет, если она все же решит позвать к себе в уютную квартирку парня или девушку… так что с момента как она обрела свою способность – никакого больше секса для Лизы Уилборн. Так подумай – зачем она тебя провоцирует?

– Вот как… - в голове мелькают мысли о том, что бы именно я хотела сделать с Лизой. Конечно же, связать ее, связать и раздеть… заткнуть ей рот кляпом… или же – другим способом. Сделать так, чтобы ее вечно умничающий и изрекающий колкости ротик наконец был бы занят делом. Я сглатываю. Слишком яркие картинки. И… почему я хочу ее наказать, никогда раньше про связывание не думала… а тут – и узлы знаю, как вязать, чтобы конечности не затекли. И… она знает про то, что я думаю! Бросаю панический взгляд на Лизу. Та улыбается и складывает руки вместе, сближая их в запястьях, словно подставляя их для того, чтобы связать.