– Александрия выбыла, СС-6. – оповещает браслет. Я смотрю на Левиафана и понимаю, что не могу активировать бомбы сейчас, вокруг слишком много жилой застройки.

– Администратор! – раздается голос Эйдолона: - я выманю его на пляж. Как только скажу – подрывай заряды. За меня не бойся. Как поняла?

– Роджер вилко. Будет сделано. – отвечаю я. Любой другой кейп на его месте, и я бы заколебалась, неужели он хочет стать жертвой? Но Эйдолон самый сильный из ныне живущих кейпов (не считая Зиона), он может выбирать способности, а значит позаботился о своей сохранности и неуязвимости.

Я вижу, как перед Губителем в воздухе появляется фигура героя, он наносит по нему сокрушительный удар и отлетает в сторону. Левиафан издает низкий рев и следует за ним! Не знаю, какую именно способность применил Эйдолон, но она – действует! Исчезаю, появляюсь, разгоняя взрывную волну вокруг себя. Тут же получаю удар грязной водой, выдерживаю его, перепрыгиваю на другую крышу, уже накренившуюся от бушующей вокруг стихии. Вода повсюду, внизу, течет по тротуарам, сверху – льется ливнем, везде вода… большинство моих насекомых смыты в канализацию, крупным Жалам и Медичи трудно летать в ливень, их сбивает каплями вниз и смывает потоками воды.

Эйдолон продолжает тянуть за собой Левиафана, словно огромного и злобного пса на поводке, Губитель следует за ним, оставляя за собой сплошную полосу разрушения, я следую за ними. Со всех сторон в Левиафана летят энергетические заряды, стрелы, лучи и бог знает что еще.

Я снова переместилась взрывным телепортом, и снова получила заряд грязной воды прямо в лицо, отбросившей меня назад.

– Нужен Движок! – раздается голос Дракон в браслете: - необходимо перемещать Администратора с зарядами не по земле и без взрывов! Она слишком заметна.

– Здесь Леди Фотон. Я займусь. – Леди Фотон и восемнадцатилетняя Лазер-шоу с лёгким всплеском приземлились рядом со мной.

Их семейное сходство было заметно. Они не обладали красотой супермоделей, но были привлекательными даже с мокрыми из-за дождя волосами, облепившими их головы и плечи. Обе носили костюмы, в которых преобладал белый цвет, у обеих были лица сердечком, полные губы и светлые волосы. На груди Леди Фотон красовался символ звезды с исходящими от нее лучами, некоторые из них разбегались по телу и вниз, по ногам, меняя цвет от индиго в центре до фиолетового по краям. Её прямые волосы до плеч были забраны тиарой в виде такой же звезды, что и на груди.

На костюме дочери была изображена стилизованная стрелка, направленная от груди вниз и вправо, с полдюжины линий струились за ней, над левым плечом одна черта зигзагом пересекала другие. Расцветка постепенно переходила от рубиново-красного к малиновому, во многом так же, как и у её мамы. Подобные ряды линий с пересекающим их зигзагом текли по её ногам и рукам. Она не окрашивала волосы в свои «цвета», как это делает — нет, теперь уже делал — её младший брат, не носила тонированные очки, зато подвязывала волнистые волосы рубиново-красной лентой, чтобы они кокетливо прикрывали один глаз и чтобы объединить красный, пурпурный и белый цвет в единую цветовую гамму.

Больше всего, однако, они были похожи на людей, увидевших, как жестоко и бессмысленно погибла половина их семьи, разодранные в клочья в течение одного страшного часа. Будто им из груди вырвали сердца, но они каким-то образом всё ещё оставались живы. Я, конечно, раньше не видела людей в таких условиях, но сейчас они выглядели именно так. На них было больно смотреть.

– Я понесу тебя. – говорит мне Лазер Шоу: - мама займется раненными.

– Окей. – права голоса у меня все равно не было. Лазер Шоу подхватила меня под мышки и взмыла в воздух. Земля ушла далеко вниз.

– Что ты сделала со Славой? – уже в воздухе она задала мне вопрос: - что ты с ней сделала?

– Ничего я с ней не делала. – отвечаю я.

– Хм. Ладно. Куда тебя? – ее голос не изменился.

– Выбрось меня прямо на голову ублюдка. – я достаю из рюкзака «Малыша», выдергиваю желтую ленту, вместе с предохранительной чекой.

– Окей. Ты сама попросила. – руки отпустили меня, и я полетела вниз. Внизу, прямо подо мной, на узкой полоске пляжа ворочался Левиафан, которого удерживал на месте на месте Эйдолон. Метаю бомбу прямо ему в голову и сразу же перемещаюсь в сторону… но насекомых поблизости уже нет, из-за проливного ливня, а видимость очень ограничена и …

Вспышка! Грохот! Меня переворачивает в воздухе, мир вокруг замирает, выхваченный из полумрака ливня ослепительной вспышкой! Удар, я слышу, как хрустят мои кости, рот наполняется кровью и …

– Не смей закрывать глаза Тейлор! – кричит мне Пятый, но я уже ухожу в спасительную темноту.

Когда я открываю глаза – я чувствую, как капли дождя стекают по моему лицу. Поднимаю голову. У меня нет руки выше предплечья, и нога вывернута под каким-то невероятным углом. Я не могу двинуться, наверное, снова сломан позвоночник. Хорошо, что у Мясника есть высокая толерантность к боли, иначе у меня был бы шок.