— Мы заедем в тот магаз, что на выезде из города.

— А-а, — протянула Пшёнка и снова отдалась песне. В этот раз заиграл рэп, к которому Пшёнка сначала скептически прислушалась, а затем одобрительно кивнув и, кажется, уважительно на меня глянув, начала кивать в такт музыке.

Либо ей было реально пофиг на меня и моё присутствие рядом, либо она специально делала вид, что класть хотела на то, что здесь был я. В любом случае, пусть развлекается здесь, под моим присмотром, чем снова лезет в дырки в заборе.

Пшёнка, не стесняясь, шазамила каждую вторую песню, пока мы с ней не доехали до здоровущего супермаркета на выезде из города.

На входе она сразу прихватила тележку и толкнула ее в мою сторону, заставив меня катить.

— Список дай, — узкая ладонь с тонкими пальцами замаячила перед лицом.

— Может, тебя еще в тележку посадить и покатать?

— Можешь и покатать, пока охрана нас на дубинки не натянет, — иронизировала Пшёнка. — Список.

Вздохнув, пришёл к решению, что лучше не спорить. Тем более, Маруся накатала километровый список, а я ненавижу долгую ходьбу по магазинам. Поэтому проблему, созданную одной женщиной, пусть решает другая.

Отдал Пшёнке телефон с открытым чатом с Марусей.

— Угу, — прочитала она его и оставила мой телефон у себя в руке. Её собственный телефон почти наполовину торчал из небольшого заднего кармана джинсов. — Начнём с овощей и фруктов. Погнали.

Сказав это, Пшёнка вышла чуть вперед и, подцепив передний край тележки кончиками пальцев, повела нас к полкам с овощами и фруктами. Длинный блондинистый хвост раскачивался в такт ее шагам, пока сама Пшёнка что-то мурлыкала себе под нос. Похоже, мотивы песен из моей тачки всё ещё не отпускали её.

— Стой тут, — скомандовала она, не глядя.

Намерено врезался углом тележки в ее упругий, обтянутый светлыми джинсами зад. Пшёнка не придала этому значения, вчитываясь в список, чтоб уточнить чего и какое количество нужно.

— Тут всё. Пошли в молочку, — и снова она подцепила пальчиками тележку и повела нас дальше между продуктовыми рядами. И снова я поймал прикол в том, чтобы мягко врезаться ей в задницу, когда она останавливалась.

— В списке не было торта, — сказал, я когда Пшёнка поставила небольшой торт в тележку.

— В списке не было, а в моих хотелках есть. Прикинемся слащавой парочкой добрых соседей, которые являются в гости с какой-нибудь чепухой к чаю, — деловито изрекла Пшёнка и подняла на меня взгляд, заглянув проникновенно в глаза, а затем нарочито приторно выдохнула. — Любимый, — и поморщилась в конце, явно сдерживая рвотный позыв.

Молча дёрнул бровью и в этот раз посильнее толкнул ее тележкой в зад, вынудив идти дальше.

Пялиться на полки было не так интересно, как на её зад. Хоть опять веди к забору, пихай в дырку и наслаждайся открывшимся видом на оттопыренную гладкую попку в белом кружеве.

Внезапно телефон в ее кармане ожил. Входящий звонок от… Ч.Л.Е.Н.

Серьёзно?

Пшёнка потянулась к своему карману, вынула из него телефон и, глянув на дисплей, оставила звонок без ответа, снова закинув мобильник в карман.

— Член?

— Бывший, — выронила Пшёнка небрежно.

— Можно было бы покороче и попонятнее назвать. Нахрена тратить лишние буквы?

— Ч. Л. Е. Н. — это Человек, Лишившийся Единственной и Неповторимой…

— Ебать, — протянул я, закатив глаза.

— …а не то, что ты там себе надумал, — закончила Пшёнка. — Хотя и это тоже. И у тебя, знаешь ли, бывшая тоже не как «Муза дрочей моих» записана, так что не надо мне тут глазки закатывать.

— Муза… чего? Дрочей?

— А что? Это хотя бы поэтично. Ни то, что какая-то там «Злая сосака».

— «Злая сосака» хотя бы несет в себе отрицательный смысл. Сразу понятно, что отвечать на ее звонок не нужно. А вот «Муза дрочей моих» — это… Это звучит так, будто ты на нее с удовольствием дрочишь.

— Ну, да, — проанализировав мои слова, выронила Пшёнка. — Не подумала как-то. На кассу?

— Пошли, — кивнул я согласно, и Пшёнка снова повела нас.

На кассе она разглядывала всё, что было вокруг неё.

— Хубба Бубба?! — не поверила она глазам своим, схватив с полки круглую упаковку. — Я думала, эти штуки еще в детстве вымерли. Хочу! — кинула она ее тут же в тележку. — Рондо?! Обалдеть! И, смотри, Прянь! — пошлёпала она меня быстро-быстро по плечу. — Конфетные браслетики! Как в детстве! Помнишь? Возьмём для девочек? — яркие голубые глаза, смотрящие в мои, горели восторгом ничуть не меньше, чем у любой девочки.