— Самого добропорядочного. Скидываюсь на поляну. Что тебе неясно?

— Какого хрена?

— Я же уже сказала, самого…

— Тебя кто-то просил? Предъявлял? Упрекнул? — кое-кто, сидящий за рулем, уж очень сильно злился. Не смотрел в мою сторону, но зато очень сильно испепелял взглядом дорогу.

— А меня не нужно просить. Я и сама в состоянии сообразить, что семейный ужин нихрена не дешевое удовольствие. Не знаю, как тебе, а мне неприятно есть нахаляву. И если первый раз ужин с твоей семьей был случайным, то на второй я приехала добровольно, и с моей стороны было бы неплохо возместить хотя бы некоторую его часть. За торт и браслетики для девчонок и отдала тебе полностью.

Всю дорогу до общаги Артём ехал молча и ни разу на меня не посмотрел. Я проверяла. Специально пялилась на него всю дорогу, прожигая взглядом щетинистую щеку. И ничего. Он даже ни разу на меня не покосился. Дуется, как ребенок, и из-за какой-то глупости плюс ко всему.

Молча подвёз меня к крыльцу общаги и так же продолжа пялиться прямо перед собой, пока я молча сгребала с заднего ряда свой рюкзак, контейнеры и гладила Кая, смачно облизавшего мне почти всё лицо.

Вышла из машины и вспомнила, что хотела сказать еще кое-что.

— Слушай, — наклонился я, чтобы видеть обиженный профиль. — У меня в субботу вечером свидание. Не мог бы ты в этот день не выходить из дома, чтобы оно у меня, всё-таки, уже состоялось?

Уголок его губ пополз в улыбке. Засранец. Хрен он дома останется в этот день.

— Я серьёзно, — продолжила я. — Пожалуйста, останься дома, а я обещаю, что пойду на свидание с Вадимом без платья, — вот теперь Пряник соизволил посмотреть на меня, слегка поведя бровью. — То есть, я буду не в платье, а в джинсах. Потому что ты из всех трёх свиданий испортил все три моих платья.

— Первое, с клитором, я не трогал.

— Но ты его морально уничтожил! И сейчас сделал это повторно, кстати. Что за платье с клитором? Как мне теперь его носить? — уставилась я на него, а затем решила еще немного побыть хорошей девочкой, чтобы смягчить черствое Пряничное сердце. — Останешься в субботу дома? Мне всего один денёк нужен. Пожалуйста.

— Я спешу. Ты, кажется, тоже, — выронил Артём, многозначительно кивнув в сторону общаги.

— Посиди в субботу днём дома, — надавила я.

Артём недовольно выдохнул и прикрыл глаза, сжав кончиками пальцев переносицу.

— Днём — посижу, — выронил он, наконец, всем своим видом показываю, на чём он вертел меня и мои просьбы.

— Спасибо! — слегка подпрыгнула я и хлопнула дверцей машины, тут же ее погладив. Нужно задобрить не только пряничного чёрта, но еще постараться не обижать его имущество, чтобы моё свидание с Вадимом точно состоялось.

— Прости меня, прекрасное красное платьице. Но мне придется отложить тебя на следующий раз. Сегодня я должна отворожить от себя Пряника. Аминь!

— Серьёзно? — прыснула Геля, отлипнув на секунду от телефона.

— Это тебе смешно, а мне приходится мириться с жестокой реальностью, в которой я сталкиваюсь лбом с безэмоциональным камешком, которого, по-моему, сам Боженька регулярно подкидывает в мой огород. И это, кстати, не нравится мне и не нравится тому парню.

— По-моему, вся эта хрень судьбой зовётся, не?

— Пф. А по-моему, проклятьем. Ну? Как я тебе? — покружилась перед Гелей, демонстрируя новые белые кеды, обычные, тряпочные, но такие милые, что визжать хочется.

— Для футбика с пацанами во дворе — норм. Для свидания… — протянула Геля, оценивающе и очень скептически меня разглядывая.

— Ясно. Замолчи свой рот и ничего не говори. Мы идём на аттракционы, так что, если бы даже я очень хотела, то платье и туфли, всё равно, не вариант. А в джинсах висеть башкой вниз с какого-нибудь аттракциона гораздо веселее.

— Да поняла я уже. Не кипятись. Губы, хотя бы, накрась, а то совсем печально.

— Точно.

В своей косметичке нашла простой бледно-розовый блеск и мазнула им по губам. Еще раз оценила своё отражение и пришла к выводу, что светлые джинсы, кеды и белая укороченная толстовка с большим розовым сердечком на груди вполне мило и романтично смотрятся с моими косичками и легким макияжем. Взяла с собой маленький белый рюкзак для большей милоты и пудровую кожанку.

Сойдёт.

Даже если Вадим сделает ноги, увидев меня, — пофиг. Я и одна неплохо оторвусь на аттракционах. Главное, чтобы сладкая ватка была.

С Вадимом мы договорились встретиться у входа парк, где расположились аттракционы. Уже на подходе было слышно, как громко играет музыка и как визжат счастливые дети, ждавшие открытия парка с октября прошлого года.

Всю дорого до входа в парк я шла, боясь любого высокого парня. Один раз даже чуть бзднула, когда услышала, как кто-то позвал Артёма. Но обошлось. Артём был совсем не тот, которого я опасалась.