— Что стоите??! — визг Упуата отвлек Даниила и Каи от созерцания схватки.

Волчок рвал когтями поверженного богомола, ухитряясь уворачиваться от молотящих воздух клешней:

— Вперед, мы догоним!

Инстинктивно догадавшись, что сейчас как раз тот случай, когда нужно не обдумывать приказы, а слушать старших, Данила устремился вперед, увлекая за собой Каи.

Уже поворачивая, он краем глаза увидел, как «осьминог» пытается прижать к стенке фалангу, телохранителей, а Упуат, вскочив твари на голову, вгрызается зубами в ее кажущееся неуязвимым тело.

Коридор, другой коридор, узкий проход, где плечи едва не задевали стены, обширный зал с колоннами и смутно виднеющимся проходом в дальнем конце. Даня затормозил, словно наткнувшись на невидимую стену. Бежавший позади Каи тоже остановился, испуганно ойкнув.

Из-за колонны выступила фигура. Всего-навсего человек, вздохнул с облегчением археолог.

Человек как человек. С гладко выбритой головой, из одежды простая набедренная повязка. Высокие плетеные сандалии на почему-то обвитых белыми обмотками ногах. Подпоясан самой обычной веревкой. За нее заткнута плеть.

Он просто стоял, загораживая проход, и смотрел на парней чуть улыбаясь. И от этого взора мурашки побежали по спине у Даниила. Взгляд этот имел силу удара, валящего с ног.

А затем человек извлек из-за спины странное оружие — короткий жезл, украшенный зловещего вида крюком. В тусклом свете факела он зеркально блеснул, словно был выкован из стали. Но ведь сталь еще не изобрели?

Внезапно абрис жезла странно замерцал, как голографический образ, когда садятся аккумуляторы у синтезатора.

Молча противник взмахнул своим оружием, очертив в воздухе замысловатый знак, и ощущение смертельной опасности бросило Даню на пол.

Из-за спины хлестнула в разные стороны каменная крошка.

А потом…

Истошный крик безумной боли наполнил темный зал, заметался в переходах и замер. Вскочивший на четвереньки Данька обернулся.

К счастью, темнота скрыла от него подробности, иначе бы его, наверное, стошнило. Каи, друга Джеди, веселого доброго парня уже не было на этом свете. Лишь две смутно различимые половинки человеческого тела в черной луже, лежащие у стены, располосованной крест-накрест, словно была она не стеной из прочного камня, а дешевой пенопластовой декорацией.

И все.

Забывшись, Даня в ярости поднялся на ноги и шагнул к человеку, занося над головой палицу.

Ухмыльнувшись, тот поднял свой жезл… И тут на груди Дани засветился бледно-лиловым сиянием талисман акху.

Незнакомец замер и с явной опаской отступил на пару шагов. И оружие в его руке потускнело, словно теряя силу.

— Любопытно, любопытно, — холодно прошелестело в затхлом воздухе. — Но это уже не имеет значения. Тебя, человек, я сделаю и без крюка Азат-Тога. Но ты забавный. Мне даже стало немного смешно. За это я дам тебе легкую смерть…

За спиной Дани послышался торопливый топоток, и между ним и убийцей Каи возник Упуат, весь вымазанный в крови и слизи покойных хурсарков.

Посмотрел туда, где остывало тело их товарища.

— Зря ты так…— бросил он сквозь зубы. — И без того уже нарушил все, что можно! Придется тебя наказать. Ну что, Хонсу, сам пойдешь или мне тебя тащить?

«Хонсу-Скиталец! — подумалось Даньке. — Тот самый нетеру-изменник! Вот он — Странник, что должен служить тому ужасу из папируса!»

— И куда ты собрался меня эскортировать? — осведомился Хонсу. — Не на Великий ли Совет?

— Хотя бы! — с вызовом оскалился волчок.

— Напрасно ты ввязался в это дело, — печально проронил Скиталец, с сожалением глядя на пса. — Еще неизвестно, кто из нас больше нарушил инструкций. По крайней мере не я задействовал без особой на то надобности программу «Осирис»…

— Заткнись! — быстро прервал его Упуат. — Твое умение краснобайствовать всем известно. Только зря не надейся, мне мозги не запудришь. Лучше подчинись по-хорошему!

— У тебя ничего не получится, Проводник…— сказал бритоголовый бесстрастно.

— Это мы еще посмотрим, Скиталец! Р-р-ав! — ответил Упуат, демонстративно поднимая заднюю лапу. Отшвырнув жезл — тот не упал, а, вопреки логике, повис в воздухе, Хонсу вырвал плеть из-за пояса, но не кинулся с ней на волчка, чего можно было ожидать, а что-то выкрикнул и бросил бич на пол как раз посередине между собой и Проводником.

Еще в воздухе плетка вспыхнула ярким бело-синеватым пламенем, словно электросварка, и на каменные плиты шлепнулась самая настоящая огненная змея.

Уже в следующее мгновение она ринулась на Упуата, обвив собачье тело полыхающим зигзагом.