Вот опять Рамзанов!

Его здесь даже близко не наблюдается, а я отчего-то снова о нем вспомнила!

— Ты права. Не последний. Но для меня он тот самый. А вот я для него… Он как-то обмолвился, что я ему, как сестра, — печально усмехнулась Арина, скрыв грустную улыбку за пластиковым стаканом.

Ну, что тут скажешь? Я опасаюсь лезть со своими советами, когда дело касается сердечных переживаний. Не такой уж я и спец, судя по моей личной жизни. Но ситуация Арины, напомнила мне о сестре. Ведь Марина тоже хотела ребенка от любимого. А вот Рамзанов о ней даже и не вспомнил, уехав за границу. Стоит ли ждать от Стаса другого поведения? Не думаю.

Я бы многое могла сказать, но моя тайна, должна оставаться тайной, даже для моих друзей.

— Алиса Вадимовна, к вам Соколовский, — произнесла Римма Олеговна, сделав красноречивую паузу перед фамилией мужчины и приподняв очки, скосила глаза вбок.

Кто знает, чего мне стоило не рассмеяться, но я сдержалась.

— Спасибо, пусть заходит, — произнесла, спрятав веселую усмешку за экраном монитора.

Сегодня я планировала уйти с работы пораньше, поэтому постаралась уладить все дела до обеда и приход Игоря не способствовал моей производительности. Я могла лишь надеяться, что он ненадолго.

Мне еще нужно было успеть посетить салон и встретить няню Рады. Кто знает, на сколько мы с папой задержимся на приеме. Хоть я и не любительница таких мероприятий, и иногда мне даже удается отвертеться от них, когда отец идет туда в сопровождении очередной «хорошей» знакомой. Но если он все же просит, отказать я ему не могу.

К тому же, с утра дочь показалась мне какой-то вялой, но смерив температуру, я немного успокоилась. В первые два года, мы с папой очень за нее переживали, хоть врач нас и заверил, что ей повезло и с сердечком малышки все в полном порядке. Но как же сложно поверить в хорошее, когда на твоих глазах ее родная мать сгорела в считанные месяцы.

Поэтому за здоровьем Рады мы с отцом следили, как два коршуна.

— Привет, — Игорь вошел в кабинет, как всегда в строгом, дорогом костюме и с неизменным букетом роз.

— Здравствуй, Игорь. Прости, не могу уделить тебе много времени, — на минуту отведя взгляд от монитора, улыбнулась мужчине.

— Как всегда. Но я ненадолго. Просто зашел предупредить, что твой отец задержится на встрече и скорее всего не успеет к началу приема. Поэтому твоим спутником сегодня буду я, — передав цветы моей помощнице, он подошел к столу, но на стул так и не сел.

Ну, папа! Ведь мы договаривались! Разумеется, у него каждый день расписан по минутам и в деловой встрече нет ничего необычного. Но ведь ни в этот же день, когда он сам так рвался к Верховскому на прием, где соберутся довольно влиятельные и важные гости.

С другой стороны, если он не приедет через час после начала, я смогу с чистой совестью удалиться. А вот если приедет… Мне придется мыкаться там до самого конца и это при том, что Соколовский — то никуда не денется.

— Спасибо, что предупредил, — усмехнулась, наблюдая за обошедшем стол и остановившимся впритык к моему креслу мужчиной.

— Я заеду за тобой в половину восьмого, — Игорь пальцем приподнял мой подбородок и резко наклонившись, поцеловал меня в губы.

Я даже понять не успела, что произошло, а он, сверкнув белоснежной улыбкой, быстро скрылся за дверью кабинета.

Поцелуй не впечатлил, хотя Игорю удалось передать тот жар, который плескался в глубине его глаз. Скорее он меня разозлил. Видимо Соколовский решил перейти от слов к действию.

Отдав последние распоряжения Римме Олеговне, я покинула офис. Пару часов провела на скучных процедурах, созвонилась с Мартой — няней Рады, которая постоянно выручала нас со Светкой. Договорившись с ней встретится около нашего дома, рванула за дочерью в сад.

— Милая, что-то случилось? — мы вышли из сада и Рада была на удивление молчаливой.

Обычно, по пути к дому, она пересказывала мне весь день. Что было в группе, чем занимались, кто хулиганил и кого хвалили. Но не сегодня.

— Нет. Мне грустно, — пиная попавшийся на пути камушек, произнесла Рада.

— Тебя кто-то обидел? — дочь могла за себя постоять и не давала спуску обидчикам. Но мало ли, как можно обидеть ребенка.

— Нет. Мам, а ты надолго уйдешь? — Рада подняла на меня взгляд и мне он совсем не понравился.

— Совсем ненадолго. С тобой ведь останется Марта, — улыбнулась я, присев перед ней на корточки и пытаясь понять в чем дело.

Марта прекрасно ладила с малышами, с Гришкой и с Радой. Дети никогда не отказывались оставаться с ней. И Рада, несмотря на то, что была, можно сказать, залюбленным ребенком, довольно редко капризничала.

— Не хочу с Мартой. Пусть деда один идет, — собралась заплакать малышка, а ее губка задрожала.

Такое поведение совсем не свойственно моей сильной малышке и меня это не на шутку встревожило.