— Анют, ты чудо, обожаю тебя.

Моё предложение придало ему сил, он быстро открыл дверь, поздоровался и скрылся.

Долетавшие обрывки разговора, становились всё более неутешительными. Слышать, как возможно будущего мужа морально насилуют, молниеносно опускает уровень либидо.

Бедный Валера выскочил из кабинета с красными пятнами на щеках и поспешил к лифту, обернулся уже у самых дверей. На мой вопросительный взгляд только пожал плечами и отмахнулся, словно говоря, что это сущие пустяки, не стоящие моего внимания.

Как так можно?! Полнейшее нарушение субординации по отношению к своим сотрудникам! Нужно было сказать, выговориться, постоять за себя, но в очередной раз язык прошёл длинный пусть мысленных изречений и подвинул гордость. Босс скомандовал готовиться к совещанию, а я только мило улыбнулась и поплелась выполнять.

Большая переговорная находилась за стеной, просторная, с длинным увесистым столом по центру и панорамными окнами. От высоты, подойдя совсем близко, захватывало дух. Весь город как на ладони, крыши домов, блестящие фасады ресторанов и кафе, зеленые пятна парков, горизонт, прорезанный неровной линией построек. Стрелка часов неумолимо приближалась к назначенному часу. Расставила бутылки с водой, включила проектор на стене, к каждому месту фирменные блокноты с ручками, для записи поручений. Моё место находилось рядом с главным, чуть сбоку, чтобы не мешаться, для следования графику дня и записи особых задач, для его личного контроля.

Заняла своё место, рассматривая аквариум. Группа крупных сомов вальяжно двигалась в разные стороны, один из них проплыл вдоль всей стены, сделал круг вокруг себя и уставился на меня своими маленькими зрачками. Рот его открылся и пустил пузыри к верху. Телефон на столе засветился, отвлекая меня от созерцания прекрасного, сообщением от неизвестного номера.

«Моя строптивая девочка, Папочка всегда тебя найдёт и накажет».

Взяла его в руки и обомлела, страх пробрал до самых кончиков пальцев.

Совещание проходило довольно уныло, только навострённые уши присутствующих не расслаблялись, от фамилий спинки кресел пружинили, а носки туфель под столом заходили болванчиком. Нервно, когда генеральный такой расслабленный, особенно тревожно. Только я была где-то на своей волне и никак не могла встроиться в процесс работы. Слова оседали в голове не сразу, пробирались сквозь дебри мыслей, и марш, который слышался на барабанных перепонках. Слишком осязаемо чувствовались взгляды в мою сторону, от каждого машинально сжимала плечи, опускала голову и прочитывала следующее сообщение:

«Ласточка моя была безумно послушной и очень меня радовала, затем что-то поменялось, и ты решила мне этого не озвучивать».

Сглотнула, молот ударился о наковальню, пуская веер искр, разжигая трепет восхищения и колкость риска. Нашёл, не захотел отпускать. Может задела его самолюбие? В любом случае, о легкомысленности некоторых своих решений мне придётся горько сожалеть. С чего мне подумалось, что завязать будет так легко? Как я могла согласиться на секс-встречи ни разу не видев мужчину. Чёрт! Ощущение надвигающегося катарсиса нарастало в груди беспокойством.

«Доверие важный аспект, ты его нарушила, очень жаль».

Мораль мне вздумал читать. Он? В горле пересохло в один момент, сделала жадный глоток воды и слишком громко вернула бутылку на стол. Его власть над моим телом становилась до того очевидной, что от набора букв ноги затряслись, колени сомкнулись, сжимая мышцы до приятной судороги. Телефон в руке держался удивительно твердо, только поджилки внутри ходуном ходили, вынуждая быстро набирать ответ.

«Нам необходимо прекратить, мне нужна стабильность».

Перечитывала, и кусала губы. С какой бы интонацией не произносила в голове, получалось слишком неуверенно. Задержала дыхание, словно боялась его разозлить через экран телефона.

«Хорошо» — пришло в ответ.

Выдохнула. Тяжелая рука легка мне на плечо, значительно прожимая его. Вздрогнула, тут же прикрыла экран ладонью и посмотрела на негодующее лицо Дмитрий Станиславовича. Под его тяжелым взглядом становилось не по себе, странная смесь страха и подобострастия.

— Ты всё записываешь?

— Да-да, конечно.

Аромат горького миндаля приятно заполнил лёгкие, кажется, генеральный решил побаловаться цианистым калием. Голова закружилась, к маршу добавилась барабанная дробь. Дмитрий Станиславович опасно приблизился к моему лицу.

— Тогда почему на твоих коленях пустой лист?

— У меня хорошо развита слуховая память, всё тут, — постучала пальцем по лбу, — не переживайте.

Телефон завибрировал. Ядерная смесь опасности, незнания и вожделения заставляло сильней сжимать колени, краснеть и наслаждаться неконтролируемым возбуждением. Генеральный сверкнул очками и развернулся в сторону проектора, прежде чем отпустить, его пальцы сжали плечо.