— Или…

Сэвэдж понял, о чем не договорил Акира.

— Еще одно ложное воспоминание? Но ведь что-то должно оказаться настоящим. Мак меня узнал. В этом я уверен, несмотря на то, что он назвал меня именем, о котором я не имею представления. — Сэвэдж втянул в легкие воздух. — Он сказал: через пятнадцать минут. Почти время. Мне нужны ответы.

Сэвэдж ступил в проулок.

— Подожди, — сказал Акира. Сэвэдж нервно оглянулся.

— Что такое?

— Я не могу отпустить тебя одного.

— Но Рэйчел…

— Верно. Ее нельзя оставлять без охраны и присмотра, — Акира нахмурился. — Но если она пойдет вместе со мной в проулок и начнется заваруха, то станет помехой. Еще в Нью-Йорке, когда ты решил взять ее с нами в путь, я знал, что подобный момент рано или поздно наступит. Я не могу прикрывать тебя и в то же время охранять ее.

— Я решил? Но ведь ты со мной согласился!

— Неохотно.

— Я ведь пообещала, что не стану путаться под ногами, — сказала Рэйчел. — Акира, иди с ним. Со мной ничего не случится.

— Нет. Пока ты с нами, мы за тебя отвечаем, — произнес Акира.

— Но ведь мой муж не знает, где я нахожусь. Мне ничего не грозит.

— В настоящее время меня беспокоит отнюдь не твой муж. В общем, так: что бы с нами ни произошло, если эта встреча превратится в то, что вы, американцы, называете кисляком…

Даже в темноте Сэвэдж увидел, как вспыхнули глаза Рэйчел.

— Я точно так же, как ты, беспокоюсь за безопасность Сэвэджа, — выпалила она. — По крайней мере, больше, чем за свою собственную. Если тебе не хочется оставлять меня здесь — бери с собой. Альтернативы нет.

— Боюсь, она права, — сказал Сэвэдж.

— А если непредвиденное? — спросил Акира.

— Я не стану вмешиваться. Спрячусь где-нибудь.

— А если мы разбежимся в разные стороны?

— Значит, необходимо назначить место будущей встречи. Так, для начала — парковка, где стоит наша машина. Если мы не сможем до нее добраться — я сниму комнату в “Холидей Инн”, находящемся в данном районе. Я знаю псевдонимы ваших кредитных карточек. Теперь мое — Сюзанн Портер. Будем обзванивать все гостиницы, пока не обнаружим друг друга. Если — после двухдневных поисков — не найдем, значит, поймем, что произошел худший из возможных случаев. Тогда начинаем действовать независимо друг от друга.

— Недурно, — пробурчал Сэвэдж. Неохотно признавая его правоту, Аккра поднял брови вверх.

— У меня отличные учителя, — сказала Рэйчел. — Твои пятнадцать минут на исходе, — обратилась она к Сэвэджу. — Твой друг в любую секунду может появиться.

Сэвэдж, ожидая реакции Акиры, взглянул в его сторону.

Японец поморщился.

— Очень хорошо, — вздохнув и держась поближе к Рэйчел, он пошел за Сэвэджем к проулку. — Вот, — сказал он Рэйчел. — Спрячемся в этой нише.

Сэвэдж пошел дальше, к черному ходу из таверны.

Дверь распахнулась, и в проулок полетели обрывки фраз, смех и мелодия “Эверли Бразерс” — “Прощай, пока, любовь”. Сэвэдж стоял на границе света и тьмы, около тусклой лампы и видел, как Мак появился в проеме двери и стал быстро осматривать улочку. За его спиной узкий коридор вел в главный зал кабака. Справа выглядывала табличка: “Мужской туалет”.

Наконец, Мак прекратил осматривать проулок, взглянул на Сэвэджа и, выйдя из проема, прикрыл за собой дверь, заглушив голоса и музыку.

— Те ребята, с которыми я сижу, думают, что я пошел отлить. Так что долго разговаривать я не могу. В чем дело, Дойль? Черт побери, какого ты сюда приперся? Если тебя кто-нибудь узнал…

— Все не так легко объяснить. Нужно поговорить. О многом. Так что понадобится время. Здесь мы ничего сделать не можем.

— Но я ведь только что сказал, что вышел ненадолго. Только представь, что будет, если нас здесь засекут!

— Да почему нас должны засечь?

— Блин, Дойль, тебе ведь прекрасно известны правила. Ты же сам их устанавливал и настаивал на том, чтобы их выполняли безукоризненно. Чтобы встретиться, нам необходимо воспользоваться кодами и явочными квартирами, которые ты выбрал.

— Да о чем ты говоришь?

— Дойль, с тобой все в порядке?

— Я тебя еще внутри спросил — ты меня помнишь?

— Бред какой-то.

— Что за ерунда с деньгами?

— Чтобы объяснить твое поведение остальным, я должен был хотя бы что-нибудь придумать — а на это у меня не было времени. Так что пришлось соображать. Я мог бы, конечно, вышибить тебя из кабака. Кстати, надо было так и поступить. Это бы прекрасно вписалось в “легенду”. Но тогда кто-нибудь мог вызвать военную полицию, гражданскую полицию и… Подожди минутку, Дойль. Ты этого хотел? Чтобы я снова с тобой подрался?