«Я хочу быть с тобой, — мысленно добавил я, — но я тебя не заслуживаю».

***

Мы с Эллисон сидели на диване и разговаривали. По сути, мы почти не знали друг друга, и теперь пытались понемногу заполнить пробелы.

Она рассказала мне о том, как выросла в бостонском районе Рослиндейл, как танцевала и пела в шоу-хоре Бостонской латинской школы и как чуть не вышла замуж за своего парня из школы, но вовремя поняла, что он не тот.

Эллисон призналась, что ее мать была лесбиянкой и потеряла свою любимую, когда Эллисон было пять лет. После этого ее мать больше не ходила на свидания и никогда не влюблялась.

Эллисон поразила меня своей открытостью и, похоже, доверяла мне настолько, чтобы открыть такие личные вещи. Это согревало мое сердце и одновременно причиняло боль.

Я рассказал ей о том, как рос в Дорчестере со своей семьей, показал шрам от пули, полученный случайно, и мы выяснили, что в детстве мы оба часто ездили на Каслайленд.

Я рассказал столько, сколько мог... вплоть до событий в Чикаго. Это был тот момент, когда мне пришлось остановиться или, скорее, сменить тему.

Эллисон полностью открылась мне, а я только наполовину, поскольку было слишком рано рассказывать ей все. Я еще не был готов потерять ее. Я уже предвкушал нашу новую встречу, хотя еще даже не уехал от нее.

— Уже час дня, тебе лучше идти. Нужно собирать вещи и все прочее, — сказала Эллисон.

— Черт. Да, нужно.

Эллисон проводила меня до двери. Я обнял ее так сильно, как только мог, и поцеловал. Я мог бы стоять вот так весь день, поэтому через силу оторвался от ее губ.

— Пока, Седрик, – сказала Эллисон, стоя в дверях.

Я стоял и смотрел на нее, просто качая головой в благоговении перед ее красотой.

— Не могу дождаться вечера пятницы, чтобы пригласить тебя на свидание.

— Я тоже. Напиши мне, когда приедешь, хорошо?

Я был тронут тем, что она беспокоится обо мне, и знал, что буду думать о ней каждую секунду этой поездки.

Глава 19

Эллисон

Моя майка все еще пахла Седриком, я периодически подносила ее к носу, представляя, что он еще здесь.

Весь следующий день я провела за домашними хлопотами: наводила порядок в квартире, ходила в прачечную, но мыслями постоянно возвращалась в прошлое. Мне до сих пор с трудом верилось в то, что произошло за последние сутки, да еще и в Рождество.

Сидя на диване, я с восхищением разглядывала серебряный браслет фирмы Alex and Ani, подаренный мамой Седрика. На нем было две подвески, на одной слово «Спасибо», а на другом Дева Мария: дань нашему католическому воспитанию.

Я посмотрела на часы: одиннадцать ночи. Седрик вылетел из Бостона шестичасовым рейсом и должен был прибыть в Лос-Анджелес где-то около полуночи. Я специально не ложилась спать, поскольку хотела узнать, напишет ли он мне, когда приземлится. Глупо, конечно, но я ничего не могла с собой поделать. Чтобы как-то отвлечься, я решила посмотреть нон-стопом «Секс в большом городе». Саманта на экране как раз раскладывала на себе суши, готовясь к приходу Смита, когда мой телефон запиликал, оповещая о сообщении.

Седрик: Только что приземлился. Не могу перестать думать о тебе.

С трепещущим сердцем я напечатала ответ.

Эллисон: Я тоже. И уже скучаю по тебе. Отдохни немного. Ты наверняка устал?

Седрик: Да. Ты будешь завтра вечером дома?

Эллисон: Да. А что?

Седрик: Я бы хотел пообщаться с тобой по скайпу. У тебя же он есть?

Эллисон: Есть. Пришли мне запрос. Мое имя в скайпе: ЭллисонАбрахам1984

Седрик: Отлично. «Увидимся» завтра вечером около десяти по бостонскому времени, я к тому времени закончу свои встречи. Спокойной ночи.

Эллисон: Спокойной ночи, Седрик.

Я отложила телефон и вздохнула.

«О, Боже... Я без ума от этого мужчины!»

Прошло несколько минут, и мой телефон снова запиликал. Мое сердце растаяло от последнего сообщения Седрика.

Седрик:

***

Это было чудо, что прошлой ночью я смогла на какое-то время перестать думать о Седрике и уснуть. Когда прозвенел будильник, я вскочила с постели с вновь обретенной жаждой жизни. Надеюсь, что после я не буду собирать осколки разбитого сердца.

Меня несколько напугало, когда Седрик сказал, что у него было много женщин.

Вчера вечером я сказала ему правду: за всю жизнь у меня было только трое мужчин: в школьные годы парень Трент, в двадцать пять лет парень Шон... и потом Нейт. Но в то же время, я не могла дождаться, чтобы испытать то, что испытывала каждая из женщин Седрика.

***

— Похоже, кто-то в облаках витает? — - Долорес повернулась ко мне, вытирая стойку.

— Это так очевидно? – я улыбнулась, не в силах утаить, что была на седьмом небе.