Он снова был здесь. По делам «Харкнесс». Смеялся, как будто ужасные вещи, которые они творили с «Клайн», с нами, были просто шуткой.

Я просидела за своим столом несколько минут, пока каждое мгновение, каждая секунда, каждое прикосновение, прерывистое дыхание и обжигающий взгляд прошлой субботы кололи в меня, как гвозди в спину.

«У нас был секс. Так почему я все еще хочу его? Что мне надо…»

Меня отвлек стук в дверной косяк.

– Доктор Зиберт? Привет.

Черт!

– Привет.

– Я Минами. Из «Харкнесс». Приятно познакомиться с тобой.

– Рута.

Я встала, и мы пожали друг другу руки над моим столом, над горами почтовых открыток и еженедельным календарем, который Тиш подарила мне на Рождество. На каждой странице были разные селфи Тиш.

– У тебя есть минутка, чтобы поговорить?

Мне стало интересно, пойдет ли речь об Эли. С другой стороны: два научных сотрудника в профессиональной среде, конечно, могут пройти тест Бекдел.

– Пожалуйста, присаживайся. Чем я могу тебе помочь?

– Вообще-то, я посмотрела твой проект. Коллега рассказал мне о твоем микробиологическом покрытии, потому что оно соответствует теме моей докторской диссертации.

Тест Бекдел не пройден.

– Ты занималась консервированием продуктов?

– Недолго. В итоге я написала диссертацию по биотопливу.

– Понятно. – Это объясняло, почему «Харкнесс» нацелился на «Клайн». Если Минами была экспертом, она должна была знать ценность исследований Флоренс.

Под ложечкой неприятно засосало.

– У меня есть немного времени до встречи, – голос Минами звучал искренне и не враждебно. – Я бы хотела побольше услышать о твоей работе.

– Я публикую отчеты раз в две недели, которые находятся в общем доступе. У тебя есть доступ к нашему научному каталогу?

– Есть, но я хотела бы услышать от тебя...

– Нет, – тихо ответила я. – Прости.

Глаза Минами распахнулись, но улыбка осталась на месте.

– Если ты занята, мы могли бы...

– Дело не в этом. Я не пытаюсь быть грубой, но Флоренс Клайн – одна из моих самых близких подруг.

Улыбка Минами не померкла, но ее глаза немного утратили яркость.

– Что ж, это огорчает, но я понимаю, – она поджала губы. – Послушай, Рута, может, это и не мое дело, но я думаю, что каждый имеет право предупредить, если…

Ее прервал еще один тихий стук.

– Ты закончила? Совет правления здесь.

Это был Эли. Мое сердце колотилось так громко, что он, наверное, мог услышать. Он уперся руками в дверную раму, и я сосредоточилась на его длинных пальцах, чтобы не встречаться с ним взглядом. Только когда Минами встала, я поняла, что он был здесь не ради меня.

– Я забегу в туалет, встретимся на месте, Эли.

– Звучит отлично.

Она помахала мне на прощание, нырнула под руку Эли и ушла.

Одна.

Я уставилась на то место, где она только что была, чувствуя себя не в своей тарелке.

– Рута, – позвал Эли. Я ничего не могла сделать, кроме как напрячь все мышцы. Надеясь, что это убережет меня от того, чтобы разлететься на мелкие кусочки.

– Рута, – повторил он, на этот раз его голос звучал весело. Как будто он смеялся надо мной.

«Ты должна ответить ему. Ты не можешь игнорировать его. У тебя нет причин для этого».

Я подняла глаза.

– Извини. Я задумалась. Привет, Эли.

Наши взгляды встретились, и внезапно я будто бы почувствовала, как он прикасается ко мне, и шепчет благодарные, скабрезные похвалы мне на ухо, пока я бесконтрольно кончаю. Как он сжимает волосы у меня на затылке и показывает, как ему нравится, чтобы я сосала его член.

Затем шлюзы открылись, выпуская по-настоящему, горячие, почти болезненные воспоминания. Его приоткрытые губы скользят по моей груди. Его очевидное возбуждение прижимается к моему бедру. Его глаза закатываются, когда я впервые беру его в рот. И под конец, состояние полной прострации из-за того, как сильно я кончаю от его пальцев.

У меня и раньше был хороший секс. Но с Эли это было просто...

– Рута.

– Да?

Он с трудом сглотнул. На секунду показалось, что он... рассержен или что-то в этом роде. Нет, больше, чем на секунду. Тем не менее, он быстро справился с эмоциями и показал одну из своих самых самоуверенных улыбок.

– Хорошего тебе дня, – сказал Эли с весельем. А может, и нет.

Он оттолкнулся от дверного косяка и ушел. Решительные шаги отдавались эхом от стен пустого коридора, и только когда я перестала их слышать, наклонила голову и сумела прошептать: