Посредине видео Бродский нажал на паузу.

— Охуеть… — изрёк он и содрогнулся. — Пиздец…

Видеть, как человека, с его подачи, избивают и катают в грязи, было для него неприятным опытом. Вообще, Павел считал, что в современном обществе всё должно решаться на словах, а не битьём кулаками, поэтому от наблюдаемой картины ему было не по себе.

«Средневековье», — подумал он, после чего включил видео.

Досмотрев видео до конца, Павел поставил оффер на выплату — дальше будет действовать их бухгалтерия. Также, согласно инструкции, он поблагодарил спортиков за хорошо выполненную работу и сообщил им, что выплату следует ожидать в течение 2–3 дней.

А вот оффер на Алексея пришлось ждать до позднего вечера.

Отчёт он ждал с нетерпением — он жаждал возмездия за годы издевательств от охреневшего от собственной безнаказанности братухи-борцухи и вообще не считал, что его действия хоть чем-то похожи на то, что сегодня произошло с провинившимся курьером.

И спортики прислали ему отчёт ближе к восьми вечера. Судя по положению солнца, произошло возмездие меньше часа назад.

Скулящий Алексей стоял на коленях, одежда его была порвана, физиономия опухла от многочисленных попаданий. Он дрожал от ужаса и жалобным голосом заверял Павла, что отдаст деньги.

Бродский подумал, что Алексей реально кому-то должен.

Один из спортиков поднёс наконечник бейсбольной биты ко рту Алексея.

— Соси, — приказал он.

Некогда гордый и агрессивный братуха-борцуха сразу же начал сосать толстый наконечник биты.

— И чтобы отдал все деньги, а то мы вернёмся, — предупредил его спортик, после чего съёмка была завершена.

— Заебись, — произнёс очень довольный Павел.

У него появилась шальная мысль, что было бы неплохо выложить видео в сеть. Но эту мысль он сразу откинул, потому что это было слишком опасно.

Он понимал, что Алексей не будет обращаться в органы и ситуация замнётся, а вот если выложить это видео в сеть, то всё будет совершенно иначе. Огласка Павлу была не нужна, поэтому он просто удалил видео и этот аккаунт «Телеграм». У него таких аккаунтов много…

На самом деле, их можно покупать в практически неограниченных количествах — есть специальные маркетплейсы, на которых можно купить верификацию для нового аккаунта.

С чувством полного морального удовлетворения, и от хорошо выполненной работы, и от наказания давнего обидчика, Бродский вернулся к внесению адресов закладок в бота.

*18 июля 2018 года, Вьетнам, остров Пхукет, курорт*

Павлу дали одну неделю отпуска — это максимум, который ему позволил организатор. Он хотел хотя бы две недели, но, видимо, у его работодателя есть напряжёнка с компетентными кадрами.

А вообще, Бродский чувствовал, что ему начинают доверять больше — в один момент к нему пришло осознание, что он контролирует всех курьеров, складмэнов, графитчиков и операторов их шопа в Санкт-Петербурге.

Шоп имеет федеральный масштаб, входит в топ-5 всей России, поэтому даже в Петербурге речь идёт об огромном количестве задействованных лиц. И это добавляет Павлу вес, в первую очередь, в собственных глазах.

— У нас скоро слоник, — предупредил он Анну.

— Ф-ф-ф-х-х! — снюхала она дорожку кокаина.

Павел принял у неё стодолларовую купюру и снюхал свою дорожку.

Кокаин был другим — он пробовал его ещё с Тимуром, просто для того, чтобы узнать, в чём принципиальная разница. Оказалось, что кокаин «прёт» слабее.

Тем не менее, они с Анной вышли на местных дилеров, точнее, они вышли на них сами — Павел только заселился в номер и вышел покурить, как к нему подошёл подошёл чернявый парень, одетый в униформу спасателя на воде, предложивший МДМА, марихуану и кокаин. Соли у него не оказалось, впрочем, как и мефедрона.

Павел, конечно же, отоварился по всем позициям прайс-листа.

А вечером, после купания в бассейне, они с Анной закинулись МДМА и протусовали всю ночь — сначала на местном концерте, устроенном отелем, а затем в городе, куда поехали в частном порядке.

Зато сегодня с утра их жестоко колбасило, но у них после обеда экскурсия к слоникам, поэтому сейчас они ожесточённо «поправляются» кокаином, чтобы привести себя в тонус. Получалось не очень, хотя после третьей дорожки Павел начал чувствовать себя чуть лучше.

Он вернул свёрнутую стодолларовую купюру Анне и прошёл к минибару, из которого взял себе банку «Ред Булла». Наученный опытом «Сафари», Павел попросил служащих принести ему контейнер со льдом — в этом контейнере всю ночь лежали стаканы. Он вытащил один из них и наполнил его прохладным энергетиком. Пить сладкие напитки из ледяных стаканов стало для него своеобразным фетишем.