Он вошёл в комплекс с западного входа, поэтому ему пришлось пройти почти через всё здание, чтобы выйти в крыло, где находится искомый магазин.

— О, Бродский! — окликнул его знакомый голос.

Павел повернулся к окликнувшему и увидел Виталия Червонцева, который баскетболист. С ним они пересекались на той коттеджной вписке, в конце весны.

— Привет! — помахал ему Бродский.

Виталий стоял у «Ньюйоркера», с фирменным пакетом в руках.

— Как жизнь? — спросил он у Павла.

— Да пойдёт, — пожал плечами тот. — На работу устроился. Сам как?

— Нихера ты скинул! — усмехнулся Червонцев и слегка хлопнул его по всё ещё существующему пузу. — Красавец — взялся за себя, наконец!

Павел, до этого испытывавший приступ ЧСВ, (1) сейчас сильно смутился.

— Не кисни, дружище, — потрепал его по голове Виталий. — Скинешь ещё килограмм двадцать — приходи к нам, в баскет поиграем.

— Ага… — неуверенно кивнул Бродский, а затем решил сменить тему. — Так как сам?

— Тоже ничего, — пожал плечами Червонцев. — Джинсы себе покупал. А что за работа?

— «Сафари» знаешь? — уточнил Павел. — Ну, развлекательный комплекс такой.

— Слышал, — кивнул Виталий. — Говорят, что это блядушник какой-то…

— И ещё какой! — заулыбался Павел. — Вот там я кальянщиком устроился.

— Хм… — с сомнением хмыкнул Червонцев. — Осторожнее там.

— Да я только кальяны забиваю и таскаю — никакого криминала, — ответил на это Бродский.

— Нормально платят? — поинтересовался Виталий.

— Полторы за смену, — сообщил ему Павел. — Работаю с вечера пятницы до утра понедельника.

— Неплохо, — покивал Червонцев. — Это здорово, что ты не только за себя взялся, но и начал работать. Я, кстати, барменом работаю в баре «Горький-17». Тоже по выходным, но летом на полную ставку выхожу.

— Бля, это очень круто, — оценил Павел.

— Я знаю, — улыбнулся Виталий. — Кстати, завтра вечером вписка в коттедже на Колтушах. ДээР Насти с промдизайна — знаешь такую?

— Знаю, — кивнул Павел.

Об Анастасии он только слышал и видел её лишь пару раз — она из старшекурсников и ей осталось учиться только следующий год, как и Виталию.

— Ты придёшь? — спросил Червонцев.

— Да, конечно, — подтвердил Павел.

— Хорошо, — кивнул Виталий. — Ладно, я пойду — пора уже.

— Давай, до встречи, — пожал ему руку Павел.

Червонцев пошёл к выходу из Лондон-молла, а Бродский продолжил свой путь к «Бершке».

По дороге он достал телефон и написал Тимуру о намечающейся вписке.

«Спит, наверное», — подумал он, ожидая ответа.

Вдруг поступил звонок.

— Алло, — принял Павел вызов.

— Здорово, Пашкевич! — приветствовал его Кузьмин. — Я уже в курсе за вписку и уже двигаюсь. К гаражам сможешь подтянуться?

— Здоров, Тимирязев! — ответил Бродский. — Я сейчас в Лондоне, хочу в «Бершку» зайти и купить шмотки на работу.

— Ну, ты купи и давай, потягивайся, — сказал Тимур. — Тема есть.

— Всё, понял-понял, — ответил Павел.

— Мазя, — сказал Тимур и завершил вызов.

Бродский быстро дошёл до «Бершки» и сразу же начал выбирать себе подходящие вещи.

Он взял на примерку две базовые белые футболки разного фасона.

В примерочной он с удивление увидел в зеркале, что привычный размер XXL висит на нём дряблым мешком из-под картошки. Он не сумел сдержать очень довольной улыбки.

Переодевшись в старую футболку, он вдруг заметил, что она тоже висит на нём, как тот же мешок из-под картошки, только старый.

«Не замечал…» — подумал он. — «Надо взять на размерчик меньше».

Вернувшись в торговый зал, он повесил неподходящие футболки обратно и взял точно такие же, но уже размера XL.

Футболка подошла идеально, будто он похудел ровно на размер.

С брюками проблем не было вообще — он уже давно заметил, что ноги у него именно той длины, которую используют дизайнеры, при определении длины брюк на его размер. Никогда в жизни он не укорачивал джинсы или брюки в ателье или у швеи — они всегда ему точно по длине. Почему так, он не знал, но был очень рад этому обстоятельству.