Молча увожу сестер вниз, где расторопные слуги уже накрыли ужин. Спиной чувствую жгучую ненависть отца- она буквально пронзает меня, наполняет искрами воздух вокруг нас. Ненависть к тому, что я, жалкий ублюдок, - единственный его ребенок мужского пола...Мне все равно- пора, когда отцовская неприязнь задевала меня, когда я искал ответы- почему отцу просто не признать меня своим сыном, ведь многие даже не женились, заводя детей- в Новом мире люди жили сиюминутными мгновениями, увидев воочию, как непредсказуема и скоротечна жизнь. Да и с самим процессом деторождения становилось всё хуже и хуже.

Отдаленно доносится шум и низкий, лающий голос отца- он опять срывает свою злость на мачехе. Ее тихие вскрики лишь пару раз нарушают неловкое молчание, воцарившееся в столовой. Все- и слуги, и мы, дети, знаем, что происходит наверху. Также, как знаем, что должны делать вид, будто не замечаем ничего. Этакий милый семейный вечер под аккомпанемент развлечений папочки-садиста. Изредка слуги бросают на нас сочувствующие взгляды. Слуги! Те, которых спасли от голодной смерти в их районах, дав шанс на жизнь, прислуживая в домах знати из центра. И эти люди жалеют нас- выросших в роскоши по меркам Нового мира, не знающих отказа ни в чем. Но с удовольствием все это поменявших на простую дружную и счастливую семью, жизнь в любви.

29. Побег

Демир:

– Чего ты хочешь?- ее тихий голос возвращает меня к реальности. Испытующе глядя на меня, она продолжает- Что мне нужно сделать? Расплакаться? Поверить? Побежать к сестрёнке?! ( она делает акцент на слове " сестрёнке", показывая, что не поверила мне ни на йоту). Распаляясь, краснея от такой непривычной для нее ярости, отходит от меня, медленно, не сводя напряжённого взгляда, будто я- опасный хищник, готовый наброситься в любое мгновение. И она недалека от истины. Мы долго молчим, глядя друг на друга, открывая заново. Ярость в ее глазах постепенно угасает.

– Знаешь, а я ведь хотела тебя убить.
– неожиданно тихо бросает Мирра, тряхнув каштановым водопадом волос- Каждую секунду, пока мы летели...И здесь, когда...- она облизывает губы, словно испугавшись своей откровенности. Но потом со злостью добавляет, делая шаг навстречу- Я ненавижу тебя!

Покорно склонив голову, она будто ожидает, что я вцеплюсь в ее нежную тонкую шейку. Чёрт! Почему я такой? Ублюдок- отец был прав! Несчастный, жалкий ублюдок. Ломающий жизни всем вокруг.

Не сдержав порыва, я бросаюсь к ней. Обнимаю ее, целуя губы, щеки, по которым текут соленые слезы, глаза. Шепчу бессвязный бред о том, что больше не держу зла, что простил ее, что отныне все будет по-другому... Она не понимает, за что такое чудовище как я должен прощать её.

Умоляю ее простить меня, но она лишь отворачивается от моих ищущих губ. Я действительно жалок, страшен в своем сумасшествии, имя которому " Мирра". Я ненавижу её - и нуждаюсь в ней. Она вошла в мой мир, и изменила его, стала миром для меня.

– Мирра, прости меня, просто...- шепчу я, прижимая ее к себе- Я должен все тебе рассказать. Ты не поймёшь меня, знаю, не простишь, но ты должна знать.

Она вскидывает свои бездонные синие глаза, обречённо усмехаясь. Будто говорит мне " хватит, оставь свою ложь и игры".

– Мирра, я должен сказать тебе правду..- чувствую, как она дрожит в моих объятиях. Но ничего не предпринимает даже для того, чтобы высвободиться из них.

– Стоять на месте!
– раздается грубый голос позади меня. Твою мать! Чертов романтик- мое оружие осталось в гравилёте, я беззащитен как младенец. Но это не пугает, нет. Страшна мысль о том, что с Миррой может произойти нечто плохое. И вот эти мысли... Они- начало моего конца.

– Медленно подними руки и отойди от девчонки- слышу я дребезжащий мужской голос. Делаю, как мне велят, краем глаза бросая взгляд на лежащий между сидениями гравилёта пистолет. Но тут же, чтобы не заметили, перевожу взгляд на двух мужчин, что направили на нас оружие. Они одеты как сталкеры- защитные костюмы, полностью закрывающие кожу, респираторы и темные очки- от нещадно палящего в середине дня солнца, выжигающего все живое в радиусе пары миль.

– Ты!
– кивает один из них Мирре- Иди сюда.

Боязливо оглянувшись на меня, девушка неуверенно делает несколько шагов вперёд - и замирает.

– Ну, чего встала- толкает ее оружием в спину другой. Я, пока лишь мысленно, позволяю представить себе то удовольствие, с которым выпущу в этого ублюдка всю обойму. Главное- добраться до оружия. И тогда ни один из них не останется в живых. Каждого прикончу собственноручно за то, что посмели посягнуть на моё!

Схватив Мирру за руку, один из мужчин сквозь очки разглядывает её, удовлетворенно хмыкнув. Затем оба ведут нас к гравилёту, чтобы я отпечатком ладони завел его. Завел в последний раз в жизни. Делая вид, что разбираюсь с прибором панелью, пальцами другой руки я тянусь к пистолету. Заведя гравилёт, я поворачиваюсь к Мирре, моля всех Богов на свете успеть спасти ее. Только её. Сейчас, на грани жизни и смерти, я наконец-то принял верное решение, верно расставил приоритеты. И вдруг краем глаза замечаю как та, которую я пытаюсь спасти, кивнув одному из мужчин на меня, бросает:

– У него там под сиденьем было оружие, проверьте.

Не веря своим ушам, я ошалело смотрю на нее, и тут же чувствую сильнейший удар по голове. Мое сознание гаснет, и последней мыслью становится старая как мир истина, которой я жил многие годы:" Нельзя доверять женщинам". Впрочем, она хотя бы всегда была честна в своей ненависти ко мне. Никогда не старалась заслужить моего одобрения, не пыталась вести себя так, чтобы понравиться, угодить своему безумному хозяину. В самые тяжёлые для нее моменты Мирра попросту отстранилась, уходила в свой мир, куда мне не было доступа.