Полоса неудач на три миллиона долларов. Кто продолжал давать этому идиоту деньги? Я изучала Фостера, ожидая, не взорвется ли он. Выражение его лица невозможно было прочитать. Его глаза были наполнены яростью. Но он не дышал, не говоря уже о том, чтобы говорить.

— Декс продал свой дом. Он переехал ко мне после того, как сюда приехала Каденс, — сказала Вивьен.

— Это должно, по крайней мере, выиграть ему немного времени, верно? — спросила я. — Сколько он заплатил?

Вивьен снова уставилась на ковер.

— Он, гм, не использовал их для погашения совего долг. Он взял эти деньги и спустил их на другой бой.

— Сукин сын, — Фостер вскочил на ноги и подошел к камину, чтобы опереться руками на него. — Вы, блять, издеваетесь надо мной.

— Он поставил их на твой бой.

— Конечно, — пробормотал Фостер. — Ну, по крайней мере, он, скорее всего, выиграет в этот раз.

Вивьен поморщилась.

— Он поставил на победу Сэваджа. Коэффициент два к одному. Тебе отдается предпочтение.

Итак, Декс поставил на Сэваджа в надежде, что получит большую выплату. Несмотря на то, что Фостер, скорее всего, выиграет.

Фостер выпрямился.

— Скажи мне, что ты шутишь.

— Я не знала, — карие глаза Вивьен наполнились слезами. — Мне стало известно только сегодня утром. Какой-то парень пришел к нам домой и угрожал Дексу. Я была на кухне, готовила завтрак. Услышала крики и стук. Когда пришла в гостиную, Декс стоял на коленях на полу. Мужчина приставил пистолет к его голове. Он сказал, что либо Декс выплатит деньги, либо умрет. Чтобы придать ему дополнительную мотивацию, он пообещал, что сначала убьет меня. И заставит Декса смотреть на это.

Я перестала дышать.

Вивьен дрожала.

— Я собрала вещи и уехала.

Фостер застыл, уставившись пустым взглядом на камин. Мышцы на его плечах и спине напряглись.

— Три миллиона долларов? — спросила я Вивьен.

— Да, — она поймала слезу, прежде чем она успела упасть. — Мне жаль. Мне так жаль. Я могу продать дом и отдать Дексу свою половину. Продать свою машину. Продать тренажерный зал. Надеюсь, что человек, которому должен Декс, даст мне время все это сделать, но я не знаю. Звучало так, будто они ожидают, что им заплатят сразу после боя.

Бой был через две недели. За это время она не успеет продать недвижимость.

— Кто тот человек, у которого Декс брал в долг? — спросил Фостер.

— Тони Саббатини.

— Господи, — он закрыл глаза.

— Кто такой Тони Саббатини? — спросила я, глядя между ними обоими.

— Человек, которому любой заплатит, — тихо сказала Вивьен. — Один из гнусных знакомых отца.

— Я дам вам деньги, — сказал Фостер. — Тогда мы покончим с этим.

— Всё не так просто, — её лицо побледнело. — Декс не возьмет их. Я уже предлагала занять их у тебя.

— Он ебаный придурок, — отрезал Фостер.

— Он ревнует, — сказала она. — Он не признает этого, но он ревнует к тебе. Он сказал, что лучше умрет, чем будет жить в долгах перед тобой до конца своих дней.

Фостер поднял подбородок.

— Это его выбор.

— Даже если это означает, что они придут за мной? — спросила она. — Мне жаль. Я знаю, ты злишься. Я тоже злюсь. Но, Фостер... Я люблю его.

Её любовь и гордость Декса могут привести к тому, что они оба погибнут.

У меня свело живот.

Руки Фостер сжались в кулаки.

— Что ты просишь меня сделать, Вивьен?

Её подбородок задрожал. И хотя она прошептала это слово, оно прозвучало громко, словно выстрел.

— Проиграть.

5 РАУНД

25. ФОСТЕР

За безупречными, от пола до потолка, окнами нашего номера-люкс Лас-Вегас-Стрип оживала в течение дня. Люди со всего мира съезжались сюда, чтобы насладиться сенсацией, которой был Вегас. Лично меня он никогда не привлекал.

Я всегда был неравнодушен к окружающим пейзажам, пустынным ландшафтам и ярким краскам заката над скалистыми плато. Туристы могли наслаждаться блеском и вспышками этих огромных казино. Звоном множества игровых автоматов. Одна ночь здесь, и я был готов вернуться домой.

Руки Талии скользнули по моему торсу, и она прижалась грудью к моей спине. Она поцеловала мой позвоночник, а затем прижалась щекой к моему плечу. Мы стояли в тишине, наблюдая, как транспорт проносится по улицам, а люди выходят на тротуары.