— Леонид Ильич, вы не перебарщиваете с намеком на репрессии?

Успокаиваю соратника:

— О тридцатых годах можно смело забыть, Константин. Фарш обратно не провернуть, да и не требуется. Но напомнить некоторым товарищам о партийной дисциплине все равно необходимо. Как нам прожить без контроля?

— Совершенно с вами согласен. Когда ждать?

— Я сейчас в Министерство обороны еду, но другим об этом знать необязательно. Сколько там пробуду, не в курсе. Если что срочное, найди меня через ребят Рябенко.

Кладу трубку. Мобильная связь в машинах охраны есть, но неплохо бы придумать и носимую с собой трубку. Пусть хоть размером с кирпич. Кстати, а у тех ребят с военной выправкой, что всегда с нашей компанией, какая связь? Систему централизованного управления ядерным оружием «Казбек» создадут только в 1982 году. Брежнев её так и не увидит, заболеет. В итоге первым советским руководителем, за которым закрепили человека с «ядерным чемоданчиком», стал Константин Черненко. Первым министром обороны, которому передали ядерный чемоданчик, стал Дмитрий Устинов, а первым начальником Генерального штаба — Николай Огарков. Вес ядерного чемодана составляет около 15 килограммов, так что его будут носить специально подготовленные люди. И злые языки утверждают, что именно Раиса Максимовна Горбачева ввела моду на форму военно-морских сил. Скорее всего типичное копирование американской традиции, ведь значительное количество ядерных ракет США находится именно на подводных лодках их ВМФ.

Разработку будущей системы гарантированного ответного удара «Периметр» начали по секретному решению руководства СССР в августе 1974 года. На ключевых испытаниях в ноябре 1984 года стартовавшая из-под Полоцка 15А11 вышла на высоту около 4 километров и передала сигнал на шахту с межконтинентальной баллистической ракетой Р-36М под Байконуром. Та, в свою очередь, стартовала и поразила условную цель на полигоне Кура на Камчатке. Испытания признали успешными. Система «Периметр» заступила на боевое дежурство в январе 1985 года, когда перспектива открытой ядерной войны между СССР и США выглядела до опасного реальной.

Какой алгоритм действий работает сейчас? Память реципиента молчит. Но мне удалось вытянуть потихоньку из Рябенко сведения о том, что в случае «угрожаемого периода» я должен экстренно прибыть на командный пункт. И ближайший находится под Москвой. Привет «Метро 2»! Оно живее всех живых и как раз предназначено для подобного сценария событий. Надо бы подробней узнать об этом алгоритме, вот как раз в министерстве обороны и поинтересуюсь их взглядом на проблему. Заодно проведем учения. Умом понимаю, что никто не начнет «последние вооруженный конфликт человечества», но лучше быть готовым ко всему. Во всяком случае вороги должны знать, что умрут вместе с нами.

«Мы как мученики попадём в рай, а они просто сдохнут!»

Мы едем на Знаменку 14. Массивное пятиэтажное здание Министерства Обороны СССР с колоннами в стиле «классики» и барельефами заметно издалека. Меня завезли во двор министерства, потому заходил в здание не через парадную дверь. Но я так сам попросил, чем вызвал некоторый переполох у дежурного офицера. С одной стороны, не пустить целого генерал-лейтенанта, да еще Первого секретаря ЦК КПСС он не может. С другой… вход служебный только по удостоверениям. Рябенко оперативно решил вопрос вызовом вышестоящего командира. Полковник тут же взял во фрунт, взглядом обозначив бедолаге лейтенанту будущие кары. Потому я показательно похвалил дежурного за службу и величественно прошествовал дальше.

А неплохо в Арбатском военном округе устроились! Широченные лестницы, ковры, длинные коридоры, помпезная лепнина, картины, барельефы, бронзовые таблички на дверях. За чей счет банкет? Необходимо ли нам такое показушное имперское великолепие? Но если подумать, мы и есть Империя, вторая сверхдержава мира. Что бы там кто ни говорил впоследствии, но по военной и экономической мощи соперником нам является на планете лишь одна держава. И стоит ли её догонять во всем, даже не знаю. Сами рухнут, без нашей помощи. Вернее, мы поможем, но иначе, чем в том мире. Мягкой и крайне вредной силой. Так что имеем право на некоторый лоск.

Но эффект до предела насыщенной помпезности невольно давит на мою психику с неожиданной стороны. Начинаешь понимать, насколько в «фанфарной» обстановке далеки здешние генералы от нижестоящих войск. Да любого годного офицера сюда сунь, через некоторое время словит «головокружение от успехов». Наверное, в такой же эйфории в своем бункере Гитлер передвигал фишки с названиями дивизий, от которых на самом деле оставались рожка да ножки. Отрыв от реальности опасен, в том числе и для меня. Внезапно торможу на площадке лестницы, личники вокруг тут же сгруппировались. Рябенко их в последнее время усиленно натаскивал. Внял моим предложениям изучить зарубежный опыт. Человек я более резкий, чем настоящий Ильич. Потому могу ожидать от кого-нибудь неприятностей.

Но нечаянная и чрезвычайно важная мысль так пронзила меня, что остановиться точно стоило. Вот я старый дурак! А что я знаю о своей стране, о её жителях? Что мне суют ежедневно? Официальную хронику, где врут, как дышат? Статистику? Так и та наверняка лжива или хитро крутит цифрами. Не здесь ли настоящая причина пробуксовки всех реформ, в том числе и Косыгинской? Где мы могли набрать крупицы информации? Из воспоминаний старперов с форумов, посвящённых СССР? Из крайне циничные и желчных мемуаров богемы? Чем дышит народ моей страны? Есть в в Союзе советской такая наука, как социология или её, так и считают буржуйской наймиткой? В памяти всплывает знаковая фамилия — Заславская.