— Вика! Ты теперь снова будешь жить с нами? — Он хотел кинуться обнять сестру, но Лариса его остановила.

— Так, Миша, иди пока мультики посмотри, — велела она и подтолкнула сына к Жене.

Она подошла к кухонному гарнитуру и поставила сумку на стол, при этом непрерывно глядела на Вику, а та на неё.

— Всё плохо, — плачущим голосом начала Вика, шмыгнув носом. — Он с катушек совсем слетел.

— Что значит, с катушек слетел? Просто так никто не улетает никогда.

— Да он псих просто! Посмотри, я убежала в чем была, вот! — Вика вытянула ноги продемонстрировать тапочки, а потом распахнула кардиган показать пижаму из маечки и шортиков. — Он мне руку чуть не вывернул! Смотри.

Лариса подошла и взяла ее за правое запястье, на котором красовались несколько синих пятен. Женя, который с интересом наблюдал за разговором, стоя у двери, тоже пригляделся. Недоверчиво Лариса оглядела признаки домашнего насилия.

— Это ты сейчас должна следователю показывать, а не мне, — твёрдо заявила она.

— Ты что, на улице меня оставишь? — Голос Вики задрожал от обиды и непонимания. Но почти сразу она рассердилась: — Это вообще-то и мой дом тоже!

Лицо Ларисы немного смягчилось. Она вздохнула и поглядела в сторону.

— Конечно. Я и не выгоняю. Но неужто нельзя помириться? Ты не знаешь, что ли, какая ситуация? Живем впритык.

В ответ Вика кинула многозначительный взгляд на Женю, который убирал в холодильник продукты, а потом на Ларису. Та напряженно поджала губы. С видом оскорбленного достоинства Вика встала со стула.

— Чудесно! Пусть он убьет меня! — громко заявила она.

Лариса сдалась:

— Ну что ты, прости господи, чушь городишь. Оставайся.

Вика подпрыгнула к ней и обняла, закинув руки на плечи.

— Ларочка, моя ты хорошая!

Она положила подбородок Ларисе на плечо и хитро улыбнулась, но улыбка быстро слетела, когда взгляд упал на Женю. Он глядел искоса, едва сдерживая смех, и подмигнул, прежде чем отвернуться.

— Ладно-ладно, задушишь меня. — Лариса высвободилась из Викиных объятий. — Ужин надо готовить.

***

Позже, сидя на кровати в главной спальне, Лариса расчесывала блестящие волосы и раз за разом вздыхала. Женя убрал книгу на прикроватную тумбу и погладил ее по спине.

— Что ты? — спросил он.

— Да опять двадцать пять, — недовольно выдохнула она. — Съехалась с парнем полтора года назад, и уже четвертый раз возвращается! Сил моих нет. Ладно бы работала, а то ерундой какой-то занимается, перебиваясь. А с этим карантином, наверное, без копейки заявилась. Остается надеяться, что, как и прежде, ненадолго.

Лариса закинула массажку на туалетный столик с квадратным зеркалом в белой раме. Маленькие лампочки по его периметру мягко освещали спальню, создавая интимную обстановку.

— Лучше живая падчерица, чем мертвая? — пошутил Женя. — Денег на похороны тоже не мало надо.

Лариса фыркнула.

— Ой, я тебя умоляю. Там такой парень — и муху не обидит. Это Вика скорее его бьет, чем он ее.

Женя рассмеялся.

— А что, почему они ругаются?

— Черт его знает, что там у них за дела. Говорит, ревнивый. — Лариса закинула ноги на кровать.

Женя пододвинулся к ней поближе и прошептал что-то на ухо. Лариса весело засмеялась. Он положил руку на ее бедро и скользнул под ночную сорочку, через секунду он уложил Ларису на спину и придавил к постели. Свободной рукой Женя потянулся к столику и выключил свет.

Следующим утром Вика сидела на кухне за обеденным столом и придирчиво изучала свои острые ноготки, накрашенные багровым цветом. Посудомоечная машина глухо гудела, ополаскивая посуду. Через приоткрытую на веранду дверь шел приятный прохладный воздух.

— Как у тебя дела в больнице? Припахали, наверное? — спросила Вика и посильнее запахнула розовый махровый халат.

Лариса отвлеклась от телевизора, на котором искала новостной канал.

— Да нет пока. Это в городе сумасшедший дом, а в пригороде-то что?

Лариса подошла к кофемашине и забрала чашку, источавшую горький аромат. Из шкафа она достала плетеную корзинку с печеньем, и сев рядом, уставилась в экран. Вика взяла печеньку и со скукой поглядела в большое окно во внутренний двор дома, где росли яблони и вишня.

— Фу, в квартире в городе сидеть вообще засада, — заявила она. — Тут хотя бы на улицу выйти можно. — Она откусила. — М, какое вкусное! Ты раньше таких не стряпала.

Лариса сделала глоток кофе и улыбнулась.

— Это Женя.