— Одно дело, когда ты видишь это, — она указывает на свою грудь. — Но совсем другое, когда ты видишь кое что другое.

Я фыркаю, пытаясь подавить смех.

— Кое что это что?

Она сердито сверкает глазами:

— Ты понимаешь, о чём я говорю.

Засунув ноги в мои боксеры, она пробурчала:

— Я иду спать.

— Ты разве не собиралась уходить? — Улыбка невольно расползается по моему лицу.

— Ты правда хочешь, чтобы я вышла на улицу в таком виде? — Она возражает с недоверием. — Прекрасно! — С этими словами она снова направляется в ванную, а через минуту появляется с платьем и туфлями в руках, намереваясь выйти.

Я хватаю её за руку, чтобы остановить:

— Беатрис, я просто дразнил тебя. Не уходи. — Мой голос становится мягче. — Я… я хочу, чтобы ты осталась. — Я осторожно поднимаю её подбородок, заставляя её взглянуть на меня. — Пожалуйста.

Несколько мучительных секунд её взгляд остаётся холодным, но потом она сдаётся. Вздернув подбородок, она обходит меня и направляется к кровати.

— Оставайся на своей стороне кровати, — бросает она через плечо, прежде чем лечь.

Глава 22

Беатрис

— Это обязательно? — спрашивает Габриэль, наблюдая, как я раскладываю между нами подушки, создавая своеобразную границу. — Я имею в виду, мы уже пару раз спали в одной кровати.

— Это было до того, как ты решил трахнуть меня пальцем, — говорю я, отступая назад и упирая руки в бока, с удовольствием оглядывая свою импровизированную стену из подушек.

— Ты думаешь, это меня остановит? — ухмыляется Габриэль, смотря на меня с вызовом, как будто уже продумывает план.

Я хмурюсь и говорю:

— Если хочешь оставить свои пальцы на месте.

— А ты? — Он складывает руки на рельефной, покрытой татуировками груди. — Ты же тоже успела взглянуть на сокровище. Кто знает, вдруг решишь воспользоваться моментом?

— Я бы и не прикоснулась к тебе даже за миллион. Кто знает, какие болезни твоё сокровище может таить после всех женщин, с которыми ты спал, и всех мужчин, с которыми спали они, — эта мысль почти вызывает у меня рвотный рефлекс. — Давай я нарисую тебе картину, ладно? Возьмем твою подругу, которая в клубе терлась о тебя. Подумай, со сколькими мужчинами она спала, а теперь ты засунул свой член в неё, и теперь всё их "дерьмо" на тебе. Нет уж, спасибо. — Я направляюсь в ванную.

— Ты сейчас назвала меня мужской версией шлюхи? — кричит он мне вслед.

Я сдерживаю улыбку, выходя с гостиничной зубной щёткой и пастой в руках.

— Я не говорю, что ты мужская версия шлюхи, но твой член, пожалуй, стоило бы упаковать в пакет для биологической угрозы, — бросаю я через плечо и, развернувшись на каблуках, возвращаюсь в ванную, чтобы закончить чистить зубы.

— Так, дай-ка разобраться, если мне нравится секс, значит, я мужской эквивалент шлюхи? — спрашивает Габриэль, пока я сижу на своей стороне кровати, растирая лосьон на руках и локтях.

— Нет, я так не говорила, и "шлюха" — это совершенно другое. Любить секс — это не то же самое, Габриэль. Независимо от того, что ты сказал в ресторане, мы оба знаем, что ты занимаешься сексом с разными людьми ради своей выгоды, не думая о том, как это влияет на тех, с кем ты.

Но потом я останавливаюсь.

— Знаешь что, забудь. У тебя есть свои причины использовать секс, чтобы заполнить какие-то пустоты, и это работает для тебя. Кто я, чтобы судить? Всё, что я хочу сказать, что если я буду с кем-то, я хочу, чтобы это что-то значило. Это у меня забрали, когда меня… изнасиловали. — Я делаю несколько глубоких вдохов, чтобы не зацикливаться на этом ужасном факте. — Мой первый раз был таким, через что никто не должен проходить. Это было жестоко и…

Я ненадолго замолкаю, не желая углубляться в эти тяжёлые мысли, затем делаю ещё один глубокий вдох и продолжаю.

— Наверно, единственное утешение в том, что я этого не помню, потому что была без сознания. Но это тоже меня бесит — не то чтобы я хотела быть там в тот ужасный момент, но как можно получать удовольствие от такого?

Взгляд Габриэля приводит меня в ярость. Его выражение — смесь тревоги и злости, но что меня больше всего раздражает, так это явное сочувствие на его лице.

— Не смотри на меня так, Габриэль.

— Как?

— Как будто тебе меня жаль. Мне не нужно твоё сочувствие, — говорю я, забираясь в постель.

Он выключает свет, и кровать прогибается, когда он ложится на свою сторону. Я тихо вытираю слёзы с глаз.

Его голос заполняет тёмную комнату.

— Я не жалею тебя, Беатрис.

— Пожалуйста, не ври мне. Я хорошо знаю этот взгляд, Габриэль. Когда я пришла в себя в больнице, я увидела его в глазах моей семьи, в глазах Клары, медсестёр, врачей — у всех. — Я всхлипываю. — Я устала, спокойной ночи.