Он завалился на меня всем телом, разместившись между ног, на мои визги не было никакой реакции. Все четко и быстро, руки связаны кожаным ремнем, который он не успел еще одеть, платье задрано до груди, звук расстегнутой молнии и неприятная боль от которой я извиваюсь как змея.

Шершавая горячая рука закрыло мой рот, закрыв практически полностью возможность что то крикнуть или сделать вдох, нос предательски заложило. Он медленно выходил и грубо до убора делал толчки, скорость которых только нарастала, теперь он целенаправленно вдалбливал меня в диван, ни ласки ни нежности… грубый секс, который приносил удовольствие только монстру. Громкий нечеловеческий рык на всю комнату, финальный момент… мужское тело сотрясает от оргазма, рубашка Амирана насквозь мокрая от пота, его накрывает лихорадкой и мне становится жутко. Его словно ломает как зависимого… глаза закрыты, по телу идет дрожь.

— Молчи …

Он убрал ладонь от моего рта и не торопливо встал с дивана, освободил мои руки… даже любезно поправил платье на мне.

— Ты сегодня переночуешь в этом доме. Я уеду от греха подальше, не хочу покалечить тебя. Завтра увезу тебя в свою квартиру, будем жить там. Поняла?

Я кивнула, смотря сквозь него.

— Мой зверь должен привыкнуть к тебе. Иначе я могу убить тебя, ты просто человек и это злит моего волка.

— Кого? Опешила я.

Я считала что вчерашнее представление было глюком, фантазией из за стресса.

— Еще не дошло? Я оборотень.

Я нервно хихикнула и замотала головой.

— Привыкай. Эти сутки можешь отдыхать, общаться гостями. Дома, кроме меня никого видеть не будешь.

— Это почему?

— Я собственник. А мои вещи не для лишних глаз.

— Я не вещь.

— Правильно дорогая. Ты не вещь, ты моя тень. А тень от хозяина далеко не отходит.

— Я не хочу. Отпусти меня домой, наигрался в бдсм. Я нормальной жизни хочу.

— Не раздражай меня, мы с моим волком никогда не присытимся, такой желанной аппетитной сукой. Тем более избранной.

Спустя час, Амиран уехал из родительского дома, оставляя меня на попечение своей матери. Часть гостей еще оставалась на территории дома, кто то беспробудно спал на полу в гостиной, кто то продолжал праздновать сидя на веранде около входа в дом. Хатуна как истинная кавказская женщина, безропотно выполняла указания и прихоти своего мужа, его родни по мужской линии. На ее лице глубокими морщинами под глазами, отпечаталась многолетняя усталость и недосып, кода рук была сухая и обветренная, это от постоянной уборки и мытья посуды как я понимаю. Она суетилась по комнатам и угождала каждому гостю, кормила их свежими приготовленными блюдами и приносила с подвала вино, не забывая сделать легкий поклон в знак уважения. Меня потряхивало от такой атмосферы и несправедливого отношения к женскому полу, я все готова понять, менталитет другой и традиции и дальше по списку. Но превращать жену в рабыню, позволять посторонним помыкать твоей женщиной, не видеть в ней личность. Я закипала, организм бунтовал… Голова раскалывалась и меня дико тошнило, кусок в горло не лез, иногда я могла проглотить кусочек сыра или фруктов.

— Алиса ты поспи, пока есть возможность…шептала Хатуна.

Говорить было не позволено, Хатуна избегала меня всякий раз… по запрету своего единственного сына. Узнать какую либо информацию я не смогла, все обитатели дома говорили только на национальном языке, игнорируя мои попытки завести беседу. Выйти на улицу тоже было невозможно, отец Амирана замахнулся на меня своей тростью и пригрозил ударить вдоль спины…в тот момент когда я вышла на веранду подышать свежим воздухом. Пришлось бежать обратно, меня наградили злобным взглядом и недовольным бурчанием под нос.

За мной постоянно был надзор, то я не так села, то почему без платка… моральное давление превращается в уничтожение моей и так неустойчивой психики.

Завтра вернется Амиран, все мои вещи и документы в его машине, даже если я сейчас сбегу то куда мне податься? Без документов и денег.

— Ты жена Амирана? … на ломаном русском заговорила молодая девушка.

Она присела на край дивана, где я нашла свое временное укрытие от гнева хозяина дома. Настроение было глубоко под плинтусом, плакать не могла уже физически, хотя безумно хотелось.

Я пожала плечами и увела взгляд в сторону.

— Я Гиули, младшее сестра. — Младшая?…поправила я.

Черноволосая и статная, с мелкими чертами лица, кожа была загорелая, губы алые как спелая клубника… красавица! Грузинские женщины, бесспорно, могут претендовать на звание самых красивых во всем мире. Моя самооценка медленно сползала до цокольного этажа.

Через ее сумбурную речь, с кучей ошибок и приличного акцента, я поняла что ее подослала Хатуна. С целью, рассказать мне как нужно себя вести в новой семье. Маленько не точно, вернее сказать как мне недалекой русской нежеланной снохе, вести себя с такими великолепными людьми из их семьи.

Классическая грузинская семья — это когда старший сын приводит в дом молодую жену. Старая хозяйка дома ни за что не допустит смену власти, поэтому ей не важно, хорошая к ней пришла девушка или плохая. В моем случае, Амира был первым и единственным сыном в этой семье, наследник рода…повезло? Отнюдь.

Мне оказали должное гостеприимство, накормили-напоили, но обеденный стол накрыли отдельно от всей семьи и оставшихся гостей. О причине такого поведения я догадалась позже, я русская и не пристало мне делить с ними трапезу. Обида родственников была и на женихе, не согласовал встречу, выбор невесты, нужно было идти строго по обычаям их семьи. И не просто взять и привести, по своему лишь хотению, а чтобы и родители в этом принимали участие: признали выбор правильным и сами бы пришли просить согласия у родителей девушки. Как же мне было не комфортно, я была согласна идти пешком до самой границы, лишь бы подальше. Из последних сил, я дождалась сумерек и тихонько ушла в спальню, которую мне выделила новая родня, желание принять душ и смыть с себя прошедший день, было безжалостно убито потребностью провалится в глубокий сон и гори они все синим пламенем.