– О да, я и забыла, что у меня болезнь Альцгеймера! – засмеялась Шеннон. – Итак, кто такой Джек?

Тара глубоко вздохнула. Если кто-то и мог дать ей совет в этой безвыходной ситуации, в которой она оказалась, так это ее мать.

– Ладно. В общем, так… После последней попытки ЭКО у нас с Колином что-то пошло не так. Я сказала ему, что не могу проходить это снова и снова. С тех пор мы с ним постепенно отдаляемся друг от друга. И пока я отдалялась, меня начало сносить кое к кому другому.

– Продолжай. Кто он такой?

– Вот тут все и усложняется. Недавно появилось приложение под названием «Флинг». Ты, наверное, о нем не знаешь…

– Конечно же, я о нем слышала! Вся страна в курсе, как Мэри Малдун проявила себя в том ток-шоу. Она навещала меня три раза несколько недель назад – искала средство от чувства стыда.

– И что же это за средство? – полюбопытствовала Тара.

– Вибратор.

– МАМ! – воскликнула дочь, шокированная этим известием.

– Она тоже не очень хорошо отреагировала, когда я сказала ей об этом, – рассмеялась Шеннон. – В любом случае, продолжай свой рассказ.

– Ну вот… Я зарегистрировалась во «Флинге», чтобы доказать, что я не такая, как эта Мэри. И чтобы изучить приложение для работы. И в тот же день мне выпало стопроцентное совпадение с мужчиной по имени Джек, – объяснила Тара.

– Сто процентов – это, безусловно, нечто, – кивнула Шеннон, откидываясь на спинку стула.

– Но вот что самое безумное, мам! Ты знаешь, у нас обеих есть такое особое чувство? – спросила Тара.

– Конечно. Оно и у твоей бабушки было. Это интуиция. Что-то вроде шестого чувства.

– Так вот: оно появилось у меня, когда я обнаружила полное совпадение с Джеком во «Флинге». Полная синхроничность! Я почувствовала то же самое, когда впервые встретила Колина в баре «О’Мэлли», – сказала Тара, зная, что мать поймет.

– Боже мой… Это серьезно! Продолжай, – сказала Шеннон, слушавшая дочь с большим интересом.

– Я уже некоторое время общаюсь с Джеком, но мы еще не встречались. Понимаю, это звучит глупо, но у меня появились к нему чувства, хотя я даже не знаю, как он выглядит. Одно из правил «Флинга» – не показывать лицо до встречи. Все общение анонимно.

– И вы с ним еще не пытались встретиться? – спросила Шеннон.

– Пытались, но я дважды его подводила. И теперь думаю, что потеряла. Он мне не ответил и, скорее всего, уже не ответит. Мне нужно думать о своем муже и его измене, но все мои мысли – только о Джеке. Это за гранью рационального…

– Сердечные дела никогда не бывают рациональными, милая. В каком-то смысле прекрасно, что у тебя появились чувства к человеку, которого ты даже не видела. Может быть, это нечто большее, чем вожделение. И эта синхроничность должна что-то значить.

– Ты действительно думаешь, что Джек мог бы стать моей судьбой? – спросила Тара.

– У меня нет ответа, милая. Но я думаю, что знаю, где мы можем его найти, – сказала Шеннон.

После обильного завтрака она повела дочь в сад за домом. С тех пор как Тара была здесь в последний раз, сад изменился до неузнаваемости. Они прошли в дальний конец и оказались в небольшом цветнике, огороженном шпалерами.

– Что это, мам? – спросила Тара.

– Мемориальный сад, который я разбила в честь отца, – ответила Шеннон.

Здесь, в окружении пышной зелени, Тара поняла, как сильно скучает по отцу. Они всегда были очень близки, особенно в те дни, когда мать занималась клиентами, приходившими к ней за помощью и лекарствами. После его смерти она прошла через все стадии горя и смирилась с кончиной близкого человека, но в ее мире осталась пустота. Поминки длились целых четыре дня – так любили его все, кто знал.

– Как красиво, мам! Ты, должно быть, скучаешь по нему каждый день…

– Да, но на самом деле он не ушел, милая. Энергия никогда не исчезает – она только передается. И энергия твоего отца чувствуется повсюду в этом саду, – сказала Шеннон, глядя на цветы.

– Это хорошая мысль! Я тоже стараюсь так думать.

– Бoльшую часть своей жизни он был для меня садовником. Мне приятно сделать то же самое для него. Пока жив этот сад, жив и он, – сказала Шеннон, улыбаясь.

– Это прекрасно.

– Но теперь пришло время взглянуть на твою судьбу. Пойдем в мой кабинет.