И я не понимаю шутит он или нет, растерянно замираю, не знаю как реагировать.

— Я подготовила схематичное отображение структуры, пока не рискую забирать какие-то файлы из подвала, но там я начала формировать полноценный двойной архив. — решаю просто игнорировать последнее замечание словно не услышала.

Отчётливый хмык, но я алея щеками и ушами уже закопалась в сумку доставая необходимую папку с бумагами.

— Умеешь ты шансами разбрасываться, самоуверенная курочка.

Подхожу к столу и выкладываю документы перед ним:

— Это будет нашей базой….

Я говорила и говорила. Объясняла, показывала, доказывала. Приводила расчёты и документы. А он молчал.

Просто смотрел на меня. Смотрел пока отпивал принесённый одуряюще пахнущий кофе. Смотрел когда я на эмоциях склонилась над его столом настолько близко к нему, что ощутила запах его парфюма терпкий с цитрусовыми нотками буквально у себя на губах.

Он не сводил с меня глаз.

И в конце концов ровным, будто неживым тоном проговорил:

— Я тебя беру. Раз в год будем делать списание долга.

Внутреннее ликование перекрыло тревожное предчувствие.

Словно он оставил какую-то весьма значительную часть условий за кадром.

Хотя скорее всего так и есть.

А через три дня мне довелось узнать, что именно он оставил за кадром.

Меня в первый раз отправили с инспекцией на другой объект. Я преисполненная ответственности за свой первый выезд и скорую реализацию задумки, конечно, слегка удивилась степени оказываемого доверия. Все же преступная организация весьма высокого уровня, а я как бы человек с улицы. Пришлая. И тут сразу доступ к таким документам. Но может Рафаил Александрович так хорошо разбирается в людях, что понимает, что мне нет смысла держать камень запазухой.

— Мне нужна вся документация по закупу за прошедшее полугодие. Всё что сможете найти. — я уверенно потребовала ответа от неприятно-липкого молодого человека в кабинете с табличкой бухгалтерия в стрип клубе на окраине города.

Почему именно отсюда необходимо начинать проверку? Потому что отсюда вообще фактически никаких отчётов не идет. И потому что босс сказал.

— Конечно, конечно. Вы присаживайтесь, может Вам чаю? Кофе? — засуетился он вокруг меня, вызывая безотчетное желание поморщиться.

Вот бывают же раздражающие люди. Те кто бесит одним своим видом. И вроде стыдно за такую предвзятость, но ничего не могу с собой поделать.

— Мне нужны документы. Благодарю. — чётко глядя перед собой повторила я усаживаясь на диванчик перед низким столиком, где удобно будет провести сверку.

Он вышел и его не было подозрительно долго.

Я уже успела рассмотреть весь кабинет и даже пошариться в папках в углу кабинета. А его всё не было. Он что сбежал?

Да и весь этот маленький клуб разратных танцев словно вымер. Хотя на входе мне встретился улыбчивый бармен и пара девочек тренирующиеся у шеста.

А сейчас тишина.

Я выглянула в коридор и словно по мновению волшебной палочки мир взровлася кокофонией звуков.

— Руки в гору! Мордой в пол! — мужчины в масках с автоматами, в форме СОБРа стремительно неслись прямо на застывшую в растерянности меня.

Меня сбили с ног ударом под дых, заставляя раскрыть рот и хватать воздух в надежде вдохнуть живительный кислород в горящие огнем лёгкие.

Мне на спину опустилась нога в рифлёном ботинке, придавливая к полу, буквально вжимая в него.

От испуга сердце заколотилось с такой силой, словно готовилось совершить побег от глупой хозяйки влезшей туда где ей совсем не место.

— … оглохла? — резкий рывок почти выворачивающий плечо из сустава. Очки слетели куда-то в сторону смазывая мир до неясных пятен. В ушах по прежнему вата, но если я не хочу чтобы меня снова трясли, надо собраться и слушать. И по возможности отвечать.

— Хозяин где? — снова рывок за плечи и я понимаю, что если отделаюсь парой синяков это будет чудо.

С трудом разлепив пересохшие губы отвечаю:

— Я не знаю. Я новенькая. Бухгалтер.

— Че ты там шепчешь? — новый рывок за руку и он перехватывает меня за волосы у основания шеи выворачивая мою голову в сторону.

Резкий запах металла, резины и пота въедается в ноздри. Стальная рука в жёсткой перчатке царапает шею.

— Я новенькая. Ничего не знаю.

— Ах, ты новенькая? Грузи эту блядь в машину к остальным. — он швыряет меня в другие руки, не менее болезненно выкручивающие мои бедные плечи. — Если всех загрузили, вези к нам.