В участке он повторил свои показания уже менее эмоционально, под протокол, и когда один из полицейских бесцеремонно задрал штанину Шрама, то все увидели на его ноге красный, уже заживший шрам от зубов.

Долговязый сознался первым, Шрам ещё словесно немного пободался со следователем, но и ему в итоге ничего не оставалось, как признаться в убийстве гражданина Шнайдера Валерия. Третий участник убийства, тот который всё время дёргал головой, как стало известно, умер месяц назад.

– Вы зачем убили – то его? – спросил следователь про Валерку.

Шрам скривил губы и сказал:

– Да потому что этот чёрт малахольный за базаром не следил.

Ким, который присутствовал на допросе, вскочил, в два прыжка оказался возле Шрама и что есть сил заехал ему кулаком в ухо. Дежурные схватили его и усадили обратно на стул.

Как у тебя всё просто! – думал он, с ненавистью глядя в наглое, обезображенное шрамом лицо.

Через несколько месяцев Ким будет на первом и втором заседании суда. По делу Валерки и по делу Жени. Оба преступника получат по двадцать лет тюрьмы. Слишком мягкое наказание для нелюдей, – разочарованно скажет потом Ким и пожалеет, что не убил их.

Из полиции Ким вернулся в одиннадцатом часу вечера. Мать, встретившая его в прихожей, выглядела потерянной, такой, какой была последние два года.

– Сынок, ты весь в крови. Что же с тобой случилось? – растерянно пролепетала женщина, ощупывая плечи сына и тревожно заглядывая в его лицо. В уголках её глаз копились слезы. Маленькая, поседевшая, она в эту минуту казалась сильно постаревшей. Он вспомнил, как отчаянно она и самоотверженно оттаскивала людей от него, как пыталась спасти его от толпы. Как, не раздумывая, обезвредила Долговязого и в итоге спасла и его, и Женю. Его мать. Его больная мать, которую он давно перестал принимать за разумного человека.

В груди Кима потеплело, сердце обдало волной горячей жалости и стыда. Он обнял мать впервые за много лет.

– Всё хорошо, мама. Всё закончилось. Ты спасла меня.

Неля заплакала, ввиду болезни не в силах понять, что произошло, не зная, как в своей голове расставить всё по полочкам, чтобы отличить реальность от иллюзии. Всё смешалось в её сознании.

Он осторожно взял её за руки и сказал:

– Давай, я схожу в душ, ладно? А у нас есть что-нибудь покушать?

Неля растерянно взглянула на кухню, засуетилась.

– Да… Я сейчас тебе супчик приготовлю.

– Вот и хорошо. Потом мы с тобой вместе поужинаем, да, мам?

Глаза Нели блеснули робкой радостью. Улыбаясь, она быстро закивала:

– Да, да, сынок.

Сияющая и оживлённая, она засуетилась на кухне, а Ким снял порванную куртку, кроссовки и зашёл в ванную.

Включив воду, он разделся донага, встал под горячую струю и закрыл глаза. Простоял так несколько минут, прислушиваясь к своему телу. От воды саднили ранки на шее, мышцы рук и ног ныли от перенапряжения. В теле разливалась усталость. Несмотря на неё, в сердце он чувствовал облегчение от мысли, что Жене больше ничего не грозит. И что, наконец, убийцы Валерки пойманы.

После душа в одном полотенце, затянутом вокруг талии, Ким заглянул в кухню, сел за стол. Мать, беспричинно посмеиваясь, поставила перед ним тарелку, хлеб. Макароны в супе были не доварены, но Ким с удовольствием похрустел ими.

– Макароны – аль денте, да, мама? – весело сказал он.

Мать хрустела макаронами, вытаскивала твёрдые крошки изо рта и со смехом показывала Киму.

– Мы любим аль деньте, да, – повторила она несколько раз. Глядя на нее, он подумал о том, как долго они не ужинали вот так: вместе, со смехом и болтовней.

После ужина Ким вошёл в свою захламлённую мусором комнату и тут же подумал, что завтра нужно будет навести здесь порядок. Краем глаза он увидел, что Надзиратель стоит на своём месте – в углу.

– Там, в поле, лярвы погнались за тобой. Почему? – спросил он, подходя к шкафу.

Надзиратель молчал. Ким пошарил по полкам, выудил старые, выцветшие тренировочные штаны, скинул на пол полотенце.

– Почему молчишь? – Одевшись, он вопросительно взглянул на Надзирателя и прищурился. С обитателем заплесневелого угла произошли перемены. Вместо чёрной тени он стал похож на грязно – серую грозовую тучу.

– Ой, а что это с тобой? Тебя что, с белизной постирали? – усмехнулся Ким. Как всегда проигнорировав очередную шутку, Надзиратель сказал:

– Лярвы ведут охоту за чёрными душами. Я им нужен.

– Значит, ты чёрная душа?

– Да.

– Интересно… – протянул Ким, скрестив на груди руки. – Значит, и ты грешен.

– Так же, как и ты.

Ким раздражённо поднял ладони.

– Так, хватит! Можем поговорить откровенно? Без этих твоих… загадочных фразочек! Я нашёл убийц, я заслуживаю знать правду о тебе.