Это я не признавал никаких родственников, а брат так не мог. Пару раз при мне он даже назвал Дмитрия Борисовича дедушкой. Хорошо, что этого не слышал Григорий Константинович, а то скандал был бы обеспечен.

— Если вы это сделаете, то можете считать меня своим должником. А уж если Чернышёвы согласятся нам помочь, то смело записывайте туда же весь мой род. — выпалил на радостях Вася. Наверное, он слишком поторопился и потом будет жалеть об этих словах. Но это будет потом, а пока мы уже подходили к нужному месту.

Ветер здесь стал гораздо сильнее, и если бы не действие грелки, то даже представить жутко, как бы я себя чувствовал. Одежду он трепал с какой-то дикой неистовостью, словно пытался содрать её с нас, но с зачарованной тканью такое точно не прокатит. Все ребята держались ближе к скале, я же шёл возле края. Здесь ощущалась невероятная свобода, а тусклое освещение порой вырывало из темноты проносящиеся мимо снежинки. Где-то далеко внизу виднелись огни трассы, по которой мы сюда приехали, и фары редких машин, спешащих по своим делам.

— А вам не кажется странным, что мы уже практически добрались до вершины, но так и не встретили никого? — спросила Светлана, когда за спиной осталось больше двух сотен ступеней.

Мы уже были довольно высоко. Свалиться отсюда я бы точно не хотел и прекрасно понимаю озабоченность отца Васи. В таком месте по-любому будут происходить несчастные случаи, если водить сюда экскурсии. А как я понял, закрывать его нельзя, как и делать что-то сверх того, что уже имеется.

— Скорее всего, просто решили немного дольше остаться на вершине. Кто знает, возможно, и мы также не будем торопиться спускаться? — задумчиво произнёс Егор, но я почувствовал, что как-то все местные напряглись. Только мы с братом шли абсолютно расслабленными.

То, что мы уже подходом к вершине я понял, когда снежная пляска резко закончилась и вместо неё открылось звёздное небо.

Это как высоко мы поднялись, что стали выше облаков?

Даже и не скажешь, что шли очень долго. Максимум минут двадцать.

— Красота. — встал рядом со мной Виктор, также любуясь открывшимся видом.

Когда живёшь в городе, не обращаешь внимание на звёзды. Их там просто не видно. Слишком много света. Даже у нас в поместье, которое находится довольно далеко от города.

— Одна из причин популярности этого места. Только здесь можно увидеть звёзды. — мечтательно протянула Дарья, осторожно выглянувшая из-за моего плеча.

Было видно, что девушке страшно находиться так близко от края лестницы, её даже слегка потряхивало. А следом за Дашей к нам присоединились и остальные ребята.

— Говорят, что настоящий восторг начинается, когда поднимаешься на вершину. Словно можно коснуться звёзд руками. Поэтому последний рывок и попробуем это сделать. — через пару минут заговорил Вася, и мы с неохотой продолжили подниматься.

Ещё с полусотни ступеней и мы вышли на широкий выступ. Пришлось постараться, чтобы просто остаться на ногах. Ветер здесь был невероятно силён. Я даже воспользовался силой, чтобы помочь девчонкам. Да и парням не помешает помощь, но если не попросят не буду ничего делать. Слишком велик шанс обидеть их.

— С ума сойти! — сказала Даша, с трудом перекрикивая гул ветра. — Никогда не думала, что ветер может быть настолько сильным.

— Он может быть, куда сильнее, и сейчас вы убедитесь в этом.

Ветер донёс до нас слова своего хозяина. И сразу всё стало понятно. Нас здесь ждали.

Никакой опасности я не ощущал, значит, нас просто решили напугать.

Вот только в деле запугивания нет никого лучше меня. Даже не стал заниматься ерундой, выискивая противника, а сразу накрыл страхом всё в радиусе полсотни метров. Ребят отгородил, а вот тем, кто решил нас немного запугать, досталось по полной.

Послышалось несколько протяжных воплей, топот и прямо перед нами появились семь человек. Семь мужиков лет за тридцать. Одетых вполне прилично. Они словно вывалились из какого-то дополнительного пространства, и судя по хмурому лицу Бордского, он прекрасно знал эту технику. Да и людей этих также знал.

Сразу стих ветер. Теперь он дул не сильнее, чем на земле и можно было спокойно разговаривать. А ещё я ощутил, как что-то очень странное коснулось моей силы.

Это что-то не могло ей навредить. Оно даже могло немного помочь. Вот только чем?

Должно быть, это и называется крещением силой. Скала оказалась совсем не обычной. Здесь действительно было что-то крайне необычное. Но разбираться с этим буду потом.

— И кто вы такие? — произнёс я, подкрепляя голос страхом. Все семеро попятились, едва не свалившись скалы, пришлось их останавливать. — Замерли. Я ещё не разрешил вам умирать.