Она проходит коттедж и видит, что он погружен во тьму. Машины нигде нет. Почему-то она была к этому готова. Сара надеется, что Эйден, по крайней мере, сейчас в безопасном месте, где-нибудь в тепле, может, на квартире у друзей. Или с клиенткой в отеле.

«Вот тебе и приглашение на кофе, — думает она. — Вот тебе и поговорили».

Китти уже поставила чайник, включила телевизор и пытается разжечь огонь в камине. Тесс сидит возле нее, мотая хвостом как сумасшедшая.

Несмотря на закрытые двери, Сару чуть ли не удивляет отсутствие Уилла. Она почти ждала, что увидит его растянувшимся на диване, с гитарой в руках, наигрывающим какую-нибудь мелодию. Сара разбирает покупки, вполуха следя за новостями, которые предупреждают о масштабных перебоях с транспортом, вызванных снегопадом на северо-востоке Англии и в Шотландии. «Нет, черт, Шерлок!» [15] — думает она.

На юге небольшая изморось, снег с дождем, и репортер стоит у депо снегоуборочных машин под Кройдоном, рассуждая о том, как мэрия планирует держать дороги в чистоте. Ну и молодцы.

Открыв духовку, Сара засовывает в нее запеканку, весь день простоявшую на разморозке. Она все еще наполовину твердая, но Сара подержит ее в печи еще полчаса, и все будет в порядке. В тот самый момент, когда она открывает бутылку вина, сегодня, по ее мнению, особенно заслуженную, звонит телефон.

— Я возьму, — кричит Китти из гостиной.

Через несколько секунд в дверях появляется Китти.

— Мам? Это тебя, полиция.

О боже!

Сара забирает у Китти трубку и вручает ей бутылку с вином.

— Слушаю?

— Миссис Карпентер? Это констебль криминальной полиции Эми Фостер из полицейского отделения в Тирске. Я звоню по поводу обвинения в преследовании, в связи с чем вы обращались сегодня днем. Вы можете сейчас говорить?

— Хм, да, полагаю, что так.

Сара забирает бокал вина у Китти, которая стоит, опершись на кухонный стол, руки крест-накрест, и одними губами произносит «Что стряслось?».

Сара трясет головой и машет, чтобы Китти вышла из комнаты. А потом машет еще, на этот раз с бо`льшим нажимом. Китти корчит гримасу, однако все же выходит.

— Мне только нужно задать вам пару вопросов, если не возражаете, — говорит Эми Фостер.

— Я бы сама к вам подъехала, но погода… ну вы знаете.

— Да нет, все в порядке. Там, на улице, невесело, верно?

— Да, полный кошмар.

— Ну что ж. Значит, вы знаете этого Уилла Брюэра?

— Уилл вроде друга семьи. Он останавливался у нас раньше, много лет назад, но теперь я живу одна, и совсем недавно он заявился и зашел в дом без спроса. Я попросила его больше так не делать, однако этим утром, когда зашла в дом, он снова был здесь.

— Понимаю. Значит, у него есть ключ?

Сара кусает губу. «Ну вот и приплыли», — думает она.

— Нет, я всегда оставляла дверь открытой. Правда, теперь уже начала запирать.

Повисает пауза. Сара слышит, как констебль Фостер стучит клавишами клавиатуры.

— А когда вы пришли домой и обнаружили его там, он как-нибудь угрожал вам?

— Нет, не то чтобы.

— Не то чтобы?

— Он… ну, мне становится как-то не по себе в его присутствии.

Снова стук клавиш.

— Он когда-нибудь что-то у вас брал, пока находился в доме? Или, может, наносил какой-нибудь ущерб?

— Нет. По крайней мере, не у меня на глазах. Он читал мои письма, как мне кажется; ему известны факты, о которых по-другому он никак бы не узнал.

— А чего он хочет, когда приходит?

Сара на минуту задумывается. Это хороший вопрос. Чего он хочет? Почему он продолжает сюда заявляться? Вероятно, все дело в Софи, в том, как он уязвлен, как ему нужно внимание и утешение, и, пожалуй, он просто пытается оставаться ближе к ней, насколько это возможно, — посредством разговоров с ее подругой. Но опять же, Сара, наверное, не лучшая подруга Софи, ведь так? В конце концов, у Софи есть от нее секреты, как теперь знает Сара.

— Я не уверена. Думаю, ему просто нужна крыша над головой. Но у меня такое чувство, будто он наслаждается тем, что я из-за этого огорчаюсь.

— Почему вы так говорите?

— Просто он продолжает делать это. Я сама виновата, верно? Разрешала ему здесь оставаться время от времени, вот он и решил, что возвращаться сюда — в порядке вещей.

— Миссис Карпентер, это ваш дом; вы имеете право приглашать людей к себе, а потом закрывать двери у них перед носом, когда вам заблагорассудится.

— Сама не знаю. Слушайте, я женщина не слабая, вам не стоит волноваться об этом. Вам, на самом деле, ничего не нужно делать — думаю, я всего лишь немного перепугалась сегодня утром, обнаружив его у себя, не знала, что еще предпринять, когда он наконец-то ушел, была на нервах, поэтому и позвонила в полицию. У вас и без того миллион дел, из-за снега и всего прочего; вы, вероятно, очень заняты.

— Пожалуйста, — успокаивающим тоном произносит Эми Фостер, — не переживайте на сей счет. Вы правильно сделали, связавшись с нами. Что если я поговорю с мистером Брюэром? Думаю, по всему видно, ему просто нужно слегка напомнить о том, что следует сначала получить приглашение, а затем уж приходить в чужой дом.