Шрифт:
– Не обращай на них внимания, Катя, иди отдыхай, – говорит мне тренер.
Киваю и направляюсь в свой номер. Руки трясутся, хотя я сегодня всего лишь размялась.
Не думала, что давление будет настолько сильным… Ещё ни разу в жизни я не была на таких соревнованиях. Я все время нахожусь под прицелом. Я хорошо откатала короткую программу. У меня второй результат, впереди меня японская фигуристка. И я была бы безумно этому рада… Но проблема в том, что позади меня, на третьем месте, действующая олимпийская чемпионка Орлова Вера. Из-за неё и начался хейт.
Многие считают, что ее засудили, что я катаюсь хуже, а иду впереди…
Сама олимпийская чемпионка подливает масло в огонь, пишет в своих социальных сетях, что никогда меня не видела… Столько лет выступает, а меня не знает. Фанаты ее поддерживают.
У неё много фанатов, Вера выступает с четырнадцати лет.
Усугубляет все и тот факт, что два года назад Орлова ушла от Киры Викторовны к другому тренеру, хотя золото на Олимпиаде получила благодаря ей…
Кира Викторовна говорит мне не думать об этом. А я не могу.
Захожу в номер, закрываю дверь. Все. Можно не притворяться, что все хорошо. У меня сразу начинают капать слезы. Я набираю ванную, чтобы расслабиться.
Пока льется вода, захожу в интернет, хотя только вчера обещала себе этого не делать. Я читаю страницу Орловой… Под всеми ее фотографиями кто-то обязательно упоминает меня.
Я никогда не плачу из-за незнакомых людей, а сейчас не могу сдержаться. Слезы начинают течь с новой силой. Вот за что они меня так не любят? Они же меня не знают! Почему, по их мнению, я недостойна победы, а их любимая фигуристка достойна? Все потому, что мне восемнадцать лет?
Первый раз в жизни не хочется завтра выходить на лёд. Кажется, меня разорвут на части в случае, если я обгоню Орлову и в произвольной программе.
Я погружаюсь в ванную и немного успокаиваюсь. Затем вытираюсь, иду в постель. Но перед сном снова беру телефон в руки. На этот раз, чтобы зайти в группу Максима и почитать его заметки. Он недавно отправился в велопутешествие по России, завёл свой канал и снимает красивые места на камеру.
Меня успокаивают его фотографии и заметки. Деревни, поля, где нет цивилизации и людей. Никаких проблем и забот…
Интересно, а он думает обо мне? Скорее всего, нет. У него нет на это времени.
Звонит телефон. Я сначала хочу сбросить, потом смотрю на имя входящего – «Амелия» – и отвечаю на звонок.
– Катя, никого не слушай! Ты лучшая! – кричит она в трубку.
У меня снова начинают течь слезы, но на этот раз вместе со смехом. Я смеюсь оттого, что Амелия так просто, одним предложением, взяла и подняла мне настроение.
После того, как мой приступ смеха заканчивается, подруга делится своими новостями:
– Я прошла отбор на шоу! Я буду в паре вместе с Булатом!
– Поздравляю тебя, желаю удачи.
– А я тебе! Порви там всех завтра! Пусть большая часть страны будет болеть за эту Орлову, знай, что люди, которые тебя любят, болеют за тебя… А это иногда намного важнее!
Я киваю, хоть Амелия этого и не видит.
Проехать тысячу километров, быть вдали от цивилизации и мира. Чтобы что?
Чтобы зайти в первый попавшийся придорожный магазин и наткнуться на трансляцию чемпионата по фигурному катанию. Аккурат перед выходом на лёд Екатерины Шишкиной.
Если это не судьба, то что?
Пять минут назад я хотел подключиться по сети, но не нашел интернета.
Продавец, видя, как я хмурюсь, смотря в экран, берет пульт и готовится переключить.
– Не надо, я хочу посмотреть, – останавливаю я его.
– Перед этим выступала Орлова, с этой не сравнится, – машет он мне в ответ рукой, но кладёт пульт на место и отходит в сторону.
– Не знаю никакой Орловой, эта лучше, – зачем-то говорю я, продавец уже отвернулся и вряд ли меня слышит.
Я пялюсь в маленький экран. Заходит Захар, мой друг, спрашивает, почему так долго, я цыкаю на него, прошу заткнуться. Сам беру пульт и делаю погромче.
Катя начинает кататься. Музыка то тихая, то громкая… И Катя такая же. В одну секунду прыгает и делает тройной прыжок – понятия не имею, как он там правильно называется. А в следующую минуту спокойно едет, как будто невесомая…