Я только слышал, как суетятся слуги. Перед глазами все плыло.

Но голос ведьмы моментально привел в чувство.

— Принеси чистые бинты и мой ящик с лекарствами. Быстро! Да поаккуратней!

Меня уложили на живот, и, повернув голову, я рассмотрел жену, которая, взяв в руки угрожающего вида ножницы, подходила ко мне.

— С каких пор… ты стала лекарем?

— Все еще отказываетесь от моей помощи из-за того, что я дочь врага? Все лекари сейчас заняты в городе. А тот, что в военном лагере, не сможет быстро добраться сюда.

— Я собирался умереть от старости. Ну или на поле боя… — Каждое слово давалось с неимоверным трудом, но я не собирался уступать этой острой на язык плутовке.

— Если вы хотите умереть, тогда не буду мешать.

Она сделала вид, что собирается уйти, но я схватил ее за теплую руку и удержал:

— Учти, если я умру от твоих рук, то в этот же самый момент сдохнешь и ты. Умрем в один день. Разве не об этом мечтают все девы?

Она кивнула и посмотрела на моих солдат, бесполезно топчущихся в стороне:

— Похороните нас в одной могиле, крепко обнимающимися. Хочу и после смерти быть рядом с супругом.

Вот же стерва!

Когда я пришел в себя, рядом дежурили служанка и телохранитель. Ведьмы нигде не было. Я ощутил… разочарование? Почему так хотелось ее увидеть?

Она сбежала, пока я лежал в беспамятстве?

— Где… Сабия?

Телохранитель бросился ко мне:

— Вы пришли в себя?

Я снова повторил:

— Где Сабия?

— Вы… про ведьму? Дочь наместника?

Проклятье! Ее же звали Дуйгу.

— Дуйгу! Где Дуйгу? Моя жена!

— А! — Этот дурак наконец сообразил. — Госпожа отдыхает. Она дежурила подле вас три ночи подряд. Не смыкала глаз. А сегодня потеряла сознание. Управляющий приказал отнести ее в покои.

На меня накатили спокойствие и умиротворение. Она не сбежала. Никуда не ушла, воспользовавшись моей немощью. Еще и заботилась обо мне.

— Вы должны были уложить ее рядом со мной. Здесь полно места.

Только по удивленному взгляду телохранителя и служанки я понял, что сказал что-то странное. Но мне было все равно.

— Как только она проснется, прикажи, чтобы немедленно явилась ко мне.

Мне пришлось прождать до вечера. За весь день я несколько раз отправлял слуг узнать, не проснулась ли Сабия. Может, она притворяется? Хитрая ведьма!

Когда я уже сам собирался встать и отправиться за ней, она все появилась. Ужасно бледная, осунувшаяся и заспанная.

Увидев, что я сижу, она бросилась ко мне и заставила лечь обратно.

— Вы в своем уме? Кто позволил вам садиться? — Она гневно посмотрела на слуг. — Я же сказала, что он должен лежать, чтобы не повредить раны! Чем вы слушаете?

— Это мои слуги, и ругать их имею право только я. — Я не мог сдержать улыбки, слушая, как она хриплым ото сна голосом отчитывает слуг, глядя, как суетится надо мной, проверяет повязки и прикасается теплыми нежными ладонями.

Я ожидал колкого ответа, но вместо этого Сабия показала мне язык. И принялась снимать повязки. По покоям растекся запах трав. Должно быть, это ее чудодейственные мази. Она и в самом деле взяла пузырек, палочку и начала покрывать мои раны чем-то пахучим и прохладным. Зуд и неприятные ощущения тут же отступили. Беда в том, что я не знал, это действие мази или присутствие Сабии.

Закончив, она зевнула и встала.

— Еще день придется полежать так. Рана слишком серьезна. Спите, и я пойду.

— Ты останешься.

Мой приказ ошарашил всех. Но больше всего меня самого.

Я бросил слугам «Уйдите» и кивком головы указал Сабии:

— Будешь спать со мной.

Она ухмыльнулась:

— Генерал Демонов вдруг вспомнил о супружеских отношениях.

— Ты, похоже, только и ждешь, что я тобой овладею.

Ее улыбка стала по истине ведьмовской:

— Вы сейчас даже себя удовлетворить не способны. Не то что — меня.

— А кто сказал, что мне есть дело до твоего удовлетворения? Ложись!

— С чего вы так жаждете уложить меня в свою кровать?

— Не доверяю тебе. Мне будет спокойнее знать, что ты у меня под боком, пока я не оправился.

— У меня уже была тысяча шансов вас убить.

— Именно. И я хочу знать, почему ты ими не воспользовалась.

Спать с ней было приятно. Я никогда ни с кем не проводил вместе ночь. Но с ней все было… По-особенному. Странно, но сейчас я заметил, что черты ее лица изменились. Там, где у настоящей Сабии был шрам, кожа покраснела. Нос и губы теперь выглядели иначе. Ведьмовская душа брала верх над чужим телом.